Я спрашивала себя, во что я ввязалась и теперь мне начинает казаться, что ответ на этот вопрос — нечто большее, чем я ожидала.

Волна эмоций захлестывает меня, когда Кейн дотягивается до моих бедер и опускает их вниз. Он ложится на спину, берет меня за руку и прижимает к своей груди. У меня перехватывает дыхание, когда его руки обвиваются вокруг меня и сжимают.

Этот милый, неожиданный жест затрагивает струны моего сердца, и я дрожу, прижимаясь к нему. Он немедленно замечает это и отстраняется, ровно настолько, чтобы укрыть нас одеялом.

Тяжелое одеяло успокаивает, но ничто не сравнится с облегчением, которое наполняет меня, когда он садится и снимает рубашку, прежде чем снова лечь.

Я едва осознаю, как быстро прижимаюсь к нему, ища тепла его кожи.

Прижимаюсь головой к татуировке в виде гитары на его плече, но он опускает руку мне на поясницу и давит на копчик, прижимая ближе. Теперь моя голова находится на одном уровне с его грудью, и Кейн выдыхает что-то похожее на стон удовлетворения.

— Не могу поверить, что мы только что это сделали, — думаю я вслух.

Уголок его рта изгибается в улыбке, и он убирает прядь моих рыжих волос с моего лица.

— Поверь мне. Потому что, черт возьми, это точно не в последний раз.

От его ответа у меня в животе порхает стайка бабочек.

Меня захватывает столько вопросов. Хочет ли он дружить с привилегиями? Или это просто секс?

А что со мной?

Хочу ли я чего-то большего, чем просто секс?

Следующие несколько минут мы молча обнимаем друг друга. И это молчание кажется красноречивым. Нам обоим так комфортно. Кейн водит тыльной стороной пальцев вверх и вниз по моей руке, пока я описываю бесконечные круги на его груди.

Мы оба радуемся тишине, а не боимся ее, и проходит еще пять минут, прежде чем мой ум возвращается к своим запланированным размышлениям.

Все тайны, которые мне еще предстоит разгадать с тех пор, как я оказалась в пляжном домике, всплывают в моей голове, и, возможно, еще не готова дать название тому, что только что произошло между нами, но я более чем готова расспросить его обо всем остальном.

— Могу я задать тебе вопрос? — Это звучит как шепот.

Его зеленые глаза останавливаются на мне.

— Валяй.

— Ты все еще пьешь? — спрашиваю я.

Задаю вопрос и воспоминания о том, как он впервые поцеловал меня, разжигают мое любопытство.

— Я знаю, что ты пил в ту ночь в беседке.

Он потягивал виски из бутылки, когда я застала его одного. Но это был единственный случай, когда я видела его пьющим с начала лета.

До сих пор он не выпил ни капли алкоголя ни на одной из наших вечеринок и посиделок.

Кейн не пил на вечеринке у бассейна Винса и не пил в день рождения Джейми. Подруга подтвердила, что он не пил в тот раз, когда они все тусовались в доках без меня.

Я просто хочу знать, на самом ли деле он трезв или слишком хорошо притворяется таковым.

— В ту ночь в беседке произошел рецидив. Это единственный раз, когда я пил с начала лета.

— Черт… Это, должно быть, было нелегко. Так резко завязать.

Наклоняю голову, чтобы посмотреть на него.

Он усмехается.

— Это ты мне рассказываешь.

— Как тебе это удалось?

С его губ срывается вздох.

— Я подслушал разговор наших мам, когда однажды вечером выскользнул из дома, в поисках чего-нибудь выпить. Это было всего через несколько дней после приезда сюда. — Он усмехается, вспоминая. — На мне были очки и этот жуткий камуфляж. Я надеялся совершить налет на 7-Eleven или любой другой винный магазин, который смог бы найти в центре города.

— Они были во внутреннем дворике, когда я спустился вниз. Моя мама рыдала в объятиях Лилиан, рассказывая о том, как она беспокоилась обо мне и как чувствует, что подвела меня как мать. — Что-то в его глазах меняется, в его словах сквозит чувство вины. — Я просто… почувствовал себя таким куском дерьма, что думал провалиться сквозь землю.

Я ни капельки не удивлена, что именно из-за Эви он бросил пить.

— Я лучше проведу остаток своей жизни в гребаных муках, чем когда-либо снова услышу, как плачет моя мама.

Боже, он так сильно страдает.

Может быть, не обо всем и не обо всех, но те немногие избранные, которых он любит, могут быть уверены, что тот никогда их не предаст.

Этот парень предан до глубины души.

— Ей повезло, что у нее такой обожающий сын.

Он качает головой.

— Я счастливчик.

Проходит еще несколько секунд, прежде чем я начинаю зевать.

— Мне нужно немного поспать. Завтра мне на работу. — Я начинаю высвобождаться из его объятий, но он тут же крепче сжимает мою талию.

— Ладно. Спокойной ночи. — Он берет свой телефон с прикроватной тумбочки и выбирает приложение, управляющее умным освещением в доме.

Он выключает свет в своей спальне одним нажатием. Затем закрывает глаза, словно собираясь задремать.

У меня вырывается смешок.