Внутри все скручивает, едва увидел, что вызов от него.

— Нет, не получится.

— Что значит, не получится? Артем! — взвивается.

В последнее время у него с нервами не очень.

— Я не могу. У меня работа.

Стараюсь звучать покладисто. Насколько возможно.

— Первым же рейсом! — рычит отец.

— В конце недели, — парирую. — Нет же никакой срочности. Про дату я помню, и она не завтра.

— Плевать, что дата не завтра. Кристина хочет увидеться с тобой.

Вот только я этого не хочу.

— Разве она сейчас не занята предсвадебными хлопотами?

— Занята. Именно этим и занята. Но жалуется, что ты не отвечаешь на ее звонки.

Разговор короткий, но отнимает, сука, кучу нервных сил.

— Видимо, я был занят.

— Артем, никаких выкрутасов. День свадьбы запиши на листе и помести у себя перед глазами!

— Все нормально.

Отец ожидаемо не верит.

— Ну, конечно. Или мне матери пожаловаться?

— Па, в конце недели, окей? — пытаюсь пойти на мировую.

Минута молчания. После чего отец шумно выдыхает в трубку.

— Нет, Артем, не могу. Сказано - сейчас, значит - сейчас.

— Конечно, — вынужден ответить и, наконец, сбрасываю вызов.

Серафима

Решение принято, но…состояние мое далеко не идеальное.

Вечер, обещающий стать самым ярким и долгожданным, наваливается душным ожиданием.

Я стою перед зеркалом в комнате общаги, и собственное отражение кажется мне отвратительным.

Темно-красное платье на тонких бретельках — слишком смелое, слишком открытое, совсем не по моему настроению.

Аленка взяла на слабо и усердно подливала масла, пока я его не нацепила.

Сказала, что, если я хочу окончательно поставить точку в истории с Волковым, я должна выглядеть так, чтобы у Димы не осталось сомнений: я — его главный сегодняшний приз.

Но когда я смотрю на свои губы, они все еще кажутся мне припухшими. Я кусаю их, пытаясь стереть память о жадном урагане, но перед глазами все равно упорно стоят расширенные зрачки Артема и его жаркое прерывистое дыхание.

Его слова.

«Каждый раз так будет, поняла?»

А что, если и на вечеринке, если он, конечно, придет, Артем решит действовать подобным образом?

— Фим, ну, готова?

Аленка заглядывает в комнату, наряженная в блестящий серебристый топ и джинсы. Волосы тщательно уложены.

— Дима внизу. Идем?

— Да, он прислал мне сообщение, — киваю. Но продолжаю стоять.

— Так идем?

Но я все еще медлю.

— Зря ты посоветовала мне это платье. Слишком открытое и яркое, — заявляю подруге. — Я к таким не привыкла.

— Ничего. Зато Дима сразу поймет, что ты готова осуществить все его мечты.

Непроизвольно хмурюсь.

Формулировка не нравится мне, но я пока не могу понять в чем тут подвох. Вообще, подруга уже достала за сегодня своими подколками.

Аленка подходит ко мне со спины и приобнимает за плечи.

— Ты же готова?

— Ничего я не готова, — взвиваюсь.

И тут до меня доходит.

— И вообще, это не только Димины мечты, но и мои, — восклицаю. — Понятно?

— Да?

Аленка выгибает брови. Ну прям совсем, как Волков. Они сговорились?

Резко разворачиваюсь к ней.

— Артем, что, разговаривал с тобой?

— О чем?

— Не знаю. Но…он подходил? Просил тебя о чем-нибудь?

— Например?

— Не знаю, тебе виднее.

Подруга закатывает глаза.

— Отвечай! — требую.

— Нет, он не подходил. И ни о чем меня не просил. Если что. Думаешь, у меня своего мнения не может быть?

— А если он подойдет, то скажешь мне? — вцепляюсь в подругу. — Скажешь?

— Нет, не скажу. Потому что считаю, что ты, Фима, занимаешься глупостями!

— Ладно, проехали, — дергаю плечом. — А переодеваться не стану, что уж теперь. Идем.

Хватаю Аленку за руку и вывожу из комнаты.

...

Когда мы выходим, Дима ждет у машины вместе с одним из своих друзей с потока. Тот за рулем.

Дима выглядит хорошо, подходит ко мне, и я чувствую легкий ненавязчивый парфюм.

Он берет меня за руку и целует в щеку. Его губы сухие и…вежливые. Как это еще назвать?

Дима милый.

И почему я только не чувствую того электрического разряда, что прошибает меня от одного взгляда Волкова?

«Потому что Волков — это болезнь, — напоминаю я себе. — А Дима — это лекарство».

— Ты потрясающе выглядишь, Серафима, — шепчет Дима, открывая передо мной дверцу. — Вечер будет отличным.

— Да, несомненно, — соглашаюсь.

Я улыбаюсь в ответ, но улыбка выходит плохо и пальцы ледяные.

Салон пахнет дорогой кожей и каким-то новым парфюмом. Мы трогаемся.

Аленка принимается за сторис. Приятель Димы пытается привлечь ее внимание, но подруге явно интереснее попасть в удачный ракурс.

Я не против того, что она снимает, главное, не попасть в объектив ее телефона самой. Настроения нет.