— И не смей ничего выкинуть, поняла меня? Твой отец смилостивился над тобой, чтобы тебя, малявка, не сдали в детский дом. Так что будь благодарна за его деньги и крышу.

Выплюнув поток яда, мачеха громко хлопает дверью, оставляя меня в еще худшем расположении духа. Одно знаю наверняка — замуж я точно не выйду. И обязательно придумаю, как этого избежать.

__

Дорогие читатели! Приветствую вас в своей зимней новинке. Будет огненно и страстно.)) Надеюсь, вам понравится. И по традиции, соберем 250 звездочек и читаем проду уже завтра?) А еще буду очень признательно за ваши комментарии к книге. Они меня очень вдохновляют.) Поехали.)

Глава 2

Обещание свое Оля сдерживает, и отец, к моему удивлению, полностью на ее стороне. Он ко мне даже не заходит и на мои звонки и сообщения не отвечает. Устроил мне бойкот, называется. Видимо, бизнес настолько важен ему, что плевать на собственного ребенка. Хотя о чем это я, у него же нас трое — Лиза, я и Аня. Одной дочкой больше, одной меньше, велика беда.

Меня это так раздражает, что я готова и в окно вылезти, не будь у нас во дворе камер и охраны. Так-то мой побег вряд ли увенчается успехом.

К вечеру пятницы Оля удосуживается меня выпустить на свободу. А перед этим она ко мне заводит стилиста, который пытается из моего раздраженного и гневного лица сделать что-то вразумительное.

— Я никуда не пойду, — бурчу я, отмахиваясь от кисточек, теней и масок.

— Пойдешь, — спокойно отвечает Оля. — Отец сказал, что это не обсуждается.

— С чего это?

— С того, что за твой институт, еду, проживание и жизнь — платит он. Понятно?

Ну куда уж понятнее. Я, действительно, поступила на коммерцию, потому что недобрала пару баллов. И с подработками у меня не вышло, несколько раз обманули, да и отец запретил. Я особо с ним спорить не стала. Теперь понимаю, что надо было спорить и вообще становиться более самостоятельной.

Стиснув зубы, я решаю не сопротивляться. По крайней мере, пока… Надо придумать план, может, напрямую с этим Игнатом пообщаться, сказать ему какую-то ерунду, или вообще выставить себя в дурном свете, и он тогда сам откажется от меня. Точно, нужно что-то эдакое.

— Готово, — кивает стилистка, явно довольная своей работой над моим образом.

Я чуть наклоняюсь, разглядывая свое отражение в зеркале: глаза подчеркнуты тёмно-синим, губы — глубоким винным, волосы уложены в мягкие рыжие волны, которые спадают на плечи. Даже очки заставили снять и надеть линзы, хотя я их жутко ненавижу. А еще это платье, прости господи, черное, с открытой спиной и разрезом до середины бедра. Прямо товар для аукциона краденых невест.

— Вот, — Оля открывает коробок, достает из него жемчужное колье с красивым камешком по центру.

— А это еще зачем? — бурчу я.

— За шкафом, — огрызается она.

Затем берет пальто: белое, длинное, кашемировое с меховым воротником и заставляет меня его надеть. В нём я чувствую себя какой-то снежной королевой из другого века.

— И будь паинькой, — строго наказывает мачеха, когда мы выходим из спальни. Я все еще ищу взглядом отца в надежде, что он спасет меня, скажет, мол, передумал или это была злая шутка к Новому году. Однако его нигде нет.

В машину сажусь молча и пока еду, рисую на запотевших окнах сердечки. А там на улице уже почти праздник: гирлянды на каждом здании, снежинки, что медленно кружатся в свете фар. Еще и в салоне играет тихо “Подумал о тебе и пошел снег”, и от этой иронии хочется завыть.

К ресоторану с названием «Сказка» подъезжаем минут через сорок. Он находится на окраине города, и оттуда открывается бесподобный вид на горы и вечерний город. Столы накрыты белоснежными скатертями, на них стоят хрустальные подсвечники и маленькие серебряные ёлочки, усыпанные искусственным инеем. “Декабрь,” — подмечаю про себя я. Все стараются создать атмосферу милоты. Все… кроме моей семьи.

Мы сдаем в гардероб вещи, и прежде чем пойти к столику, я решаю спросить у Оли более детально:

— Сколько ему лет?

— Кому? — она щелкает сумочкой и вытаскивает оттуда помаду.

— Мамонту.

— Следи за языком, — цокает она, подкрашивая губы. — Ему пятьдесят пять вроде, хотя может и меньше, я точно не знаю, в паспорт не заглядывала. Но он очень хорош собой.

— Зачем я ему? Нет детей, и он захотел себе взрослую дочку? Мне девятнадцать, Оль. Я ему… уже во внучки даже гожусь.

— Слушай, — мачеха поворачивает меня лицом в зал и показывает стол, где я могу разглядеть Игната. — Смотри, какой лощеный мужик, — шепчет она мне на ухо, словно бес. Да, он реально выглядит моложе. Подтянутый, с осанкой, без живота, с небольшим хвостиком на затылке. На вид ему больше сорока не дать. — Он потратил всю жизнь, чтобы построить империю и накопить состояние. Теперь хочет заняться семьей. Хочешь узнать, зачем ему молодая девочка? Спроси сама.

---

Как думаете, хороший жених будет или не очень? И давайте попробуем накидать ещё звёздочек для вдохновения. А с меня прода уже завтра.)

2.2