Боже, как же мне этого не хватало – не хватало его. Я поцеловала его в ответ со всей силой и обхватила руками за шею, когда он поднял меня на руки. Я сомкнула лодыжки на его спине. Ближе. Мне нужно было быть ближе.

Он снова и снова целовал меня, поджигая как спичку, брошенную в лужу с бензином, как молнию, ударившую в золу.

– Подожди, – сказал он мне в губы, а затем отступил назад, словно я его укусила. – Мы не можем пока этого делать, – его грудь вздымалась.

– Что? – мои ноги нащупали пол, и через мгновение он стоял в центре холла, сцепив руки за головой. – Что ты делаешь?

– Все пошло кувырком, потому что я кое-что от тебя скрыл.

– Не самое подходящее время для этого, но ладно, – я прислонилась спиной к двери, пытаясь отдышаться. Не только он хранил секреты. – Думаю, для полной ясности я должна сказать тебе, что у меня могут быть дети.

– Я думал... – его брови сошлись, на лбу появились две маленькие морщинки. – Не то, чтобы это имело значение, но для меня это никогда не было проблемой. Биология – не единственный способ стать родителями.

– Что ж, спасибо. Но это правда, я могу. Я просто... не хотела иметь их с Демианом, поэтому не стала прекращать прием противозачаточных. Не хотела знать, какой матерью я буду в такой ситуации. Я также не сказала ему об этом.

– Хм. Ладно. Последние шесть недель я провел между Англией и Нидерландами, – он достал из переднего кармана маленький белый конверт.

– Занимался исследованием для книги. Адам сказал мне, – так вот для чего он нас остановил? Мы могли бы уже быть голыми, а он хотел поболтать о книгах?

– Не совсем. Я нанял поисковую службу, чтобы найти самолет Джеймсона по последним координатам, полученным в тот день по рации.

– Ты что?

– Думаю, мы нашли его на прошлой неделе, и под словом «думаю» я имею в виду, что чертовски уверен, но существуют официальные каналы и много бюрократической волокиты. «Орлы» были переведены в американские вооруженные силы только в сентябре, а он погиб в июне, так что он все еще был военнослужащим Королевских ВВС, но американским гражданином. Пока нет единого мнения, кто обладает юрисдикцией, – он перевернул конверт в своих руках.

– Но ты думаешь, что нашел его? – тихо спросила я.

– Да... и нет... – он поморщился. – Это «Спитфайр», но опознавательные знаки на хвосте стерлись, а обломки были разбросаны.

– Где?

– У побережья Нидерландов. Это... – он вздохнул. – Там слишком глубоко, чтобы извлечь все обломки, но мы отправили туда батискаф, – он медленно подошел ко мне. – Мы нашли алюминиевую панель фюзеляжа и то, что, как мы думаем, было кабиной пилота, но никаких... останков.

– О, – я не знала, испытывать облегчение или опустошение. Подойти так близко и все еще не знать. – Тогда почему ты думаешь...

Ноа взял мою руку ладонью вверх и вложил в нее конверт. Золотое кольцо выскользнуло из бумаги и оказалось у меня в руке. Оно было еще теплым из кармана Ноа.

– Прочитай надпись.

– «Д. С любовью. С.», – мое горло сжалось. – Это его кольцо, – прошептала я.

– Я тоже так думаю, – согласился Ноа, его голос стал грубым. – И я верну его на место, если ты хочешь. Мы искали что-нибудь, что могло бы его опознать, а оно было прямо там... как будто только и ждало, чтобы его нашли, гравировка и все такое. Команда, которую я нанял, сказала, что никогда не видела ничего подобного.

Мои пальцы сжали кольцо.

– Спасибо.

– Не за что. Уверен, на этой неделе тебе позвонят. Американцы или британцы. Сейчас я не уверен, кто именно, – он сглотнул. – Это была не единственная причина, по которой я поехал в Англию. Я знаю, что это может тебя разозлить, и у меня нет никаких доказательств, но я не думаю... – он покачал головой, затем глубоко вздохнул и начал снова. – Я думаю, что книга – наша книга – была написана двумя разными людьми.

– Потому что так оно и было, – я медленно улыбнулась, чувствуя, как тяжелый металл обручального кольца упирается в мою ладонь.

Глаза Ноа расширились, а губы разошлись.

– Самые старые страницы – неотредактированные оригиналы – были написаны Скарлетт во время войны, – я сглотнула. – А более новые, с правками и дополнениями... все они были написаны...

– Констанс, – догадался он.

Я кивнула.

– Как ты понял? Я узнала об этом только шесть недель назад, – что он увидел такого, чего не видела я?

– Книга подсказала мне. Я бы не догадался, если бы наша книга была последней, которую она написала... а не первой. Потом было свидетельство о браке. Она сказала Демиану, что ей потребовались годы, чтобы снова выйти замуж, потому что она не чувствовала, что ее первый брак закончился, и это можно было легко истолковать как то, что она все еще любила Джеймсона... пока я не нашел свидетельство о смерти Генри Уодсворта, и годы совпали. Этого было недостаточно – просто догадка, и мне не хотелось разрушать твое доверие к ней, не имея на то веских причин, но я решил прекратить раскопки, пока никто не заметил.