Он взял ее за руку и подвел к кровати. Ада только хотела заговорить с ним, как Маджид ловко коснулся завязок на ее плече, и платье с тихим шелестом упало на пол. Она дернулась и закрылась руками. Хитрая эта Бейхан! Ада упросила ее не давать ей прозрачных платьев, и служанка выполнила ее просьбу. Но зато теперь выбрала то, что легко снимать. Как же ловко сшито это платье! Ада за пару секунд осталась полностью обнаженная.

Она ощутила, как его дыхание стало тяжелым, но прикасаться к ней он не спешил.

— Солнце и луна прикоснулись к тебе, моя чужеземка, — пробормотал он своим низким голосом.

Ада ощутила его прикосновение на своей спине и задрожала.

— Волосы обняло солнце. Подарило им золото.

Она подняла на него глаза, ощутив неловкость. Ни разу ей не доводилось слышать таких комплиментов от мужчины.

— А Луна долго ласкала твое тело, даря ему свою белизну и нежность.

Он развел ее руки в стороны и хрипло прошептал:

— Позволь мне ласкать то, что ласкала луна… И тебе не стоит стыдиться этого…

Ада попыталась отойти, но султан подхватил ее на руки и уложил на постель.

— Повелитель… нет… не надо, — отчаянно зашептала она, не дав ему накрыть ее своим телом.

— Прошу, не бойся…

Ада вскочила с постели и сбивчиво пробормотала.

— Мне кажется, произошла ошибка. Вы не так поняли…

Маджид лег на бок, с улыбкой глядя на Алиму.

— Что же я не понял? — вкрадчиво спросил он, облизнув губы.

Ада закуталась в свои длинные волосы и прошептала:

— Мне ваш советник сказал, что вам нужна во дворец образованная европейка. Я…так поняла, что буду учить ваших детей. Я знаю немецкий, французский, итальянский, я понимаю латынь. Вахид научил меня арабскому, правда, только устному.

Маджид засмеялся своим низким голосом и покачал головой.

— Что я смешного сказала? — рассердилась она, подняв платье и прижав его к своей груди. Как же трудно спорить с мужчиной, оставаясь обнаженной.

— Алима, у меня пока нет детей.

— Тогда я могу учить ваших жен. Господин Вахид все мне рассказал о дворце и правилах…

— И жен нет.

— Но девушки в гареме. Разве они не жены?

— Наложницы. И ты пока наложница.

Маджид встал во весь рост перед Адой и приподнял ее подбородок кончиками пальцев.

— Если ты будешь ко мне благосклоннее, станешь любимой наложницей. Если будет угодно Аллаху, еще и матерью моих детей.

Она затрепетала, когда султан снова попытался ее обнять.

— Или я могла бы развлекать вас музыкой, вы же знаете, что я умею играть на инструментах и петь…

— И ты будешь это делать, — вкрадчиво сказал он, — а по ночам услаждать меня своими ласками.

— Не буду…

Султан начал терять терпение. Он выхватил у нее из рук платье и повалил на постель вновь.

— Нет! — крикнула она, когда он оказался сверху. Он коленом раздвинул ей ноги и придавил ее к матрасу всем телом. Ада пыталась сопротивляться, но этот мужчина оказался сильнее ее. Маджид ловко схватил ее за запястья и прижал тонкие руки к подушкам у нее под головой.

Ада зажмурилась и закусила губу. Вот сейчас и произойдет то, чего она так боялась. Но дальше он не стал ничего делать.

— Послушай меня, красавица. Я стараюсь быть терпеливым, но мое терпение не безгранично.

— Молю вас, отпустите меня… — тяжело дыша, прошептала она.

Его губы нежно скользнули по щеке, и Ада вжалась в парчовое красное покрывало, расшитое золотом.

— Повелитель. Я не хочу стать наложницей… — отчаянно прошептала она, повернув голову вбок.

В голосе Маджида зазвучал металл, и он скользнул ладонью по животу и груди, коснувшись тоненького крестика:

— Из гарема султана нет обратной дороги. Поверь, тебе очень повезло.

— Повезло? — возмутилась Ада, приподнявшись на локтях, но султан снова опрокинул ее на подушки и прижал ее руки к матрасу. Его тело еще сильнее придавило ее к постели.

— Ты попала во дворец. Все девушки моей страны мечтают об этом, но у них никогда не будет такой возможности.

Его большая ладонь накрыла левую грудь. Ада в панике начала дергаться, пытаясь скинуть его с себя. Она ощутила, как напряглось и отвердело все его тело, как его дыхание стало тяжелым. Сейчас он может сделать с ней все, что пожелает, и никто не придет ей на помощь. Ада ощущала дикий страх перед этим иноверцем, распаленным желанием и гневом.

— Вы обещали ждать… — пугливо прошептала она, дрожа от этой смелой ласки.

Султан замер и убрал руку:

— И я не отказываюсь от своих слов, — Маджид встал с постели и протянул ей платье.

Ада торопливо оделась, не веря тому, что султан снова не попытался взять ее силой. Ее руки задрожали от испуга, а, может, от холода. Маджид внимательно посмотрел на нее и накинул ей на плечи свой теплый халат. Ада не ожидала от него такого заботливого жеста и испуганно подняла глаза:

— Сядь и послушай меня, — сказал он, садясь рядом.

Ада повиновалась, чувствуя его недовольство. Но Маджид сел рядом и накрыл ее холодные руки своими ладонями.

— Я не хочу ничего делать насильно, Алима. Предпочитаю, чтобы удовольствие получали мы оба.

— Повелитель, но я…

— Ты теперь принадлежишь мне. — отрезал Маджид. — Отныне у тебя только два пути…