Медленно подбираюсь к ванне на ватных с перепугу ногах. Организм не то чтобы трезвеет, но всё же выбрасывает в кровь адреналин, и мозг начинает соображать чуть более активно. Страх липкой волной пробегает от затылка, обдавая его кипятком, к пояснице, закручиваясь в животе тугим узлом.

Мысленно прокручиваю самые страшные варианты развития событий. Что мне делать, если я кого‑то убил? А вдруг это был несчастный случай, а я ничего не помню? Я же сяду. А мне всего двадцать девять лет. Я не мог. Не мог!

Вообще, я не из робкого десятка, но сейчас, когда моя рука тянется к плотной прорезиненной шторе, я вижу, как она трясётся. И это точно не от похмелья. Хочется сбежать, не глядя, но я вместо этого сжимаю в кулаке ткань и резко одёргиваю её в сторону.

В первые секунды глаза выхватывают яркую рыжую копну волос, закрывающую лицо женщины с бледной кожей, которая лежит скрючившись в позе эмбриона. А в следующую секунду я подпрыгиваю от визгливого лая и резкого движения – какая‑то пушистая мочалка бросается мне навстречу.

Отпрянув, хватаюсь за бешено колотящееся сердце, глядя на маленькую белую болонку. А дальше, как в фильме ужасов, рука, свисавшая из чаши, вздрагивает и женщина, вцепившись в край ванны, с протяжным стоном поднимается и медленно садится.

Замерев, смотрю на то, как она скидывает с лица волосы и оборачивается на меня. Молча вглядываюсь в лицо и понимаю, что сошёл с ума, потому что передо мной сидит девчонка из прошлого, из моего родного города, в котором я не был уже много лет. Это не может быть она. Наверное, я словил белую горячку, но эти глаза я узнаю из миллиона.

– Лиза? – удивлённо выдыхаю. – Капустина? Ты откуда здесь?

Дорогие читатели, приветствую вас в моей новинке!

В этой книге вас ждет много юмора и любви.

Книга участвует в литмобе "Не бывшие бывшие" (подписывайтесь на подборку, чтобы не пропустить выход новых книг)

Глава 4.

Глава 4.

– Коновалов, ты в своём уме? – хмурю брови. – У меня к тебе тот же самый вопрос. Откуда ты здесь?

Денис ошалело смотрит на меня, медленно моргая. Видимо, переваривает.

Он стоит передо мной в одних трусах, и мне приходится прикладывать усилия, чтобы не пялиться на него, но взгляд непроизвольно цепляется за очертания мощных грудных мышц и рельефного пресса.

– Я? – наконец, отвисает Коновалов и, удивленно вскинув брови, тычет себе пальцем в грудь.

– Ты припёрся ко мне домой. Занял мою кровать. Из‑за тебя я спала в ванной! – усмехаюсь, прижимая к себе Рони.

– Не,.. подожди, подожди, – Денис медленно подбирается ко мне, как к призраку, и, присев рядом на корточки, вглядывается в моё лицо. Рони тут же начинает угрожающе рычать, поэтому я глажу его, пытаясь успокоить. – То есть… я все же сплю, да?

Лицо бывшего так близко, что я могу рассмотреть каждую родинку на его щеках, немного помятое от сна и алкоголя лицо и выразительный рисунок каре-зелёных глаз.

– Лизка, – усмехается Денис так по-доброму растерянно, как будто увидел давнюю знакомую и очень обрадовался. – Это ты?

Не могу разделить его радость, поэтому просто киваю.

– Да не может такого быть, – трет он лицо ладонью. – Ты мне снишься.

– Увы, – хмуро вздыхаю. – Ты у меня дома.

– Да нет, – неверяще усмехается он и встает. – Я бы к тебе никогда не пришел. Так что, я пойду еще посплю, а ты не снись мне больше, ладно?

Чувствую, как мое лицо вытягивается от обиды и недоумения.

В смысле “никогда бы не пришел”? Вот гад!

Хочу подскочить за ним, чтобы вытолкать нафиг этого наглеца из квартиры, но вместо этого, едва скрипя, поднимаюсь, потому что тело затекло в неудобной позе. Сон в ванной – это какая-то сбывшаяся идея фикс из детства, но, увы, оказывается, это не так уж и классно. Словив судорогу, растираю ногу от мурашек и всё же вылезаю.

Когда добираюсь до Дениса, он уже снова спит сном младенца, укутавшись в простыню на моей кровати.

– Коновалов, – толкаю его в плечо, но он не реагирует, даже не вздрагивает. У него даже дыхание, кажется, не сбивается и звучит так же ровно, как секунду до этого.

Трясу его сильнее. Бесполезно.

– Чтоб тебя!.. – шиплю сквозь зубы и, отпрянув, иду на кухню.

Я не знаю, сколько я проспала, но, судя по ощущениям, часа четыре. Состояние – разбитое корыто, которое вытащили на свет божий из чулана и решили вдохнуть вторую жизнь.

Но поспать мне, видимо, сегодня больше не предвидится. Когда выспится эта наглая сволочь и свалит, уже нужно будет готовиться к Новому году. Я планировала сделать пару салатов, горячее и какой‑нибудь десерт, потому что Кеша очень любит сладкое.

Щёлкнув чайником, неожиданно наступаю на что‑то мягкое и смотрю вниз. Это какашка, которая лежит прямо рядом с лотком.

Я спросонья даже забыла, что у меня в квартире появилась не одна наглая сволочь, а целая компания.