Мне это чертовски не нравится.

Но груз вины, который я несу как отец, слишком тяжелый. Каждый раз, когда мы разговариваем, я замечаю свои ошибки.

— Пожалуйста, — тихо просит Адам. Он в отчаянии. Но я понимаю. Если бы такая женщина, как Вайолет, ускользала у меня из рук, я сделал бы всё, чтобы вернуть её.

— Ладно. — Я прочищаю горло, чувствуя себя неловко.

— Спасибо.

— Можем поговорить о чем-нибудь другом? Я хотел узнать, поедешь ли ты со мной на рыбалку. Скоро я должен вернуться в Южную Каролину, — достаю из ящика тумбочки деревянный череп Карателя и смотрю на его длинные зубы. Я горжусь готовой работой. На неё ушли месяцы, но роль инструктора дала мне больше времени для резьбы. — И я сделал для тебя подарок. — Он доставил мне немало хлопот, но готов. Я прочищаю горло, подавляя глупую улыбку. — Думаю, это моя лучшая работа на сегодняшний день, я…

— От рыбалки откажусь. Не люблю природу, — отрезает он, звуча как тот далекий, холодный мальчик, которого я так хорошо знаю.

— Адам, ммм, с кем ты разговариваешь? — Томный женский голос слышится на фоне.

— С отцом, — приглушенно отвечает он, вероятно, прижимая телефон к плечу и думая, что я не слышу. — Пап, я сейчас занят, но с нетерпением жду нашего следующего разговора.

— Сын, это ты мне позвонил.

Он хихикает, но вряд ли из-за моих слов.

— Поговорим позже! — Его голос становится тише, словно он отодвигает телефон ото рта. — Черт, ты такая непослушная.

Щелчок.

Я смотрю на экран телефона в неверии. Качаю головой и кладу его обратно на тумбочку.

Он в постели с другой девушкой, но при этом просит меня присмотреть за Вайолет, если мы когда-нибудь пересечемся. Кем, черт возьми, стал Адам?

Я не собираюсь за ней следить. Я пытаюсь держаться от неё подальше. И если он делает то, что я думаю, то Вайолет приняла чертовски верное решение, бросив его.

Вздохнув, я снова опускаюсь на пол, когда очередной образ её голого тела в душе возвращается, чтобы преследовать меня.

— Я отправлюсь в ад за это, черт возьми, — рычу, переходя на пресс.

Она выпустится. Увидит всё то же, что и я: войну, смерть, боль, травмы. И это медленно меня убивает. Она во многом напоминает мне Малыша: такая же нетерпеливая и полна амбиций, рвущаяся в бой…

Что я делаю?

У меня нет никакого права думать о ней.

Не о Вайолет.

Только не об этой курсантке.

Она принадлежит Адаму и почти вдвое моложе меня.

Да, я забочусь о ней, но как о своей подопечной. Только так и должно быть.

Я продолжаю качать пресс, отказываясь признавать тот факт, что искра уже вспыхнула, и Вайолет Айла привлекла моё внимание.

А когда женщина привлекает моё внимание, я должен обладать ею.

16.ВАЙОЛЕТ

Три громких стука прерывают мой разговор с дедушкой. Он только что сообщил мне, что бабушке стало лучше, и врачи надеются, что она скоро полностью поправится.

— Люблю тебя! Пожалуйста, не забывай заботиться о себе, хорошо? Мне нужно идти.

— Долг зовет? — ворчит он.

— Да, сегодня день выпуска! — восклицаю я, глядя на свою парадную форму, выглаженную, отпаренную и готовую к торжеству. Она висит точно по центру шкафа.

Следуют еще два настойчивых удара.

— Иду! — кричу через плечо. — Ладно, мне пора. Созвонимся позже?

— Конечно, mija. Мы тебя любим.

Отбой.

Я шагаю к двери, всё еще в пижаме, держа в руках голубого плюшевого медвежонка бабушки.

Открыв дверь, я замираю, задерживая дыхание при виде Кейда. На нём парадная форма, волосы аккуратно зачесаны набок, борода подстрижена, и меня моментально накрывает его кедровый аромат, смешанный с каким-то опьяняющим одеколоном.

Но то, как он на меня смотрит... это пугает. Его зеленый глаз, перечеркнутый шрамом, сверкает опасным блеском. Он сжимает челюсти и смотрит на мобильный телефон в моих руках, словно это угроза.

— С кем ты разговаривала? — его низкий голос странно спокоен.

Он что, подслушивал мой разговор через дверь? Сколько он услышал?

— Что? Ты слышал?

Опустив голову, Зверь на мгновение задумывается, словно пытаясь взять свои слова назад.

— Забудь. Неважно. Я знаю, как это бывает. Вы расстаетесь, чтобы через несколько часов снова сказать «я люблю тебя», — усмехается он, доставая из кармана пачку «Мальборо».

— Кейд, это был не…

— Букер ждет тебя в своем кабинете в 14:00, — безразлично меняет он тему, вновь отстраняясь от меня. Его взгляд становится холодным – он снова играет роль инструктора, в последний раз. А я не могу перестать думать о том, что произошло несколько часов назад.

Думает ли он об этом столько же, сколько и я?

— Ладно.

Он коротко кивает и разворачивается, собираясь уйти.

Стоп? И это всё?

— Кейд. — Я тянусь к его руке, но отдергиваю пальцы, прежде чем наши ладони соприкасаются.

Его челюсть сжимается.

— Мастер-сержант, — поправляет он.