Мама звонила несколько раз. Переживала по поводу того, что Даниил ляпнул про Розу. Я не хотела никак акцентировать на этом внимание, потому что, да ну его в баню, она взрослая баба, сама прекрасно разберётся, что делать, а что нет. Ситуацию доводить до того, что у меня сейчас родители будут сходить с ума уже от недобросовестности своей младшей дочери, я тоже не собиралась. Во-первых, они не молодые для того, чтобы переживать такие повороты. Во-вторых, в случае чего все это опять ляжет на мои плечи. Поэтому меньше знают– крепче спят.

Я конечно поохала и повздыхала, высказывая какой Даниил нехороший человек. Но на этом решила остановиться. Мама была недовольна. Она то надеялась, что я сейчас разовью эту тему до размеров вселенской катастрофы, но я не планировала так поступать.

Давид позвонил в обед и уточнил по поводу того, во сколько мы сможем приехать к Ксюше на день рождения. Я сказала, что у нас идёт все по плану и Агнесса почти выздоровела. Поэтому никаких накладок быть не должно.

Я хотела уточнить по поводу Кирилла, но Давид таким быстрым и резким образом завернул разговор, что я не успела даже вздохнуть.

На работе творилась суета. У нас появились частные заказы в другие города, а это большая ответственность из-за того, что транспортные компании не соблюдали все условия перевозки и растение могло замёрзнуть, растение могло пострадать. В общем, не любила я этот период года, когда все бегут и стараются прыгнуть в последний вагон. Суетность и нервозность ощущалась в каждом движении. Казалось, что время ускорило свой бег и мы ничего с этим, к сожалению, не могли сделать.

Но во всем этом однозначно были плюсы. Из-за того, что я устала ждать, за время пока Агнесса болела, я все-таки сообщила своим юристам, что мне уже плевать на мировую– подаём иск о разделе совместно нажитого. Пусть там суд решает, что лучше кому дать. Я понимала, что Даниил делает это исключительно из вредности. Он грубо говоря, затягивал цепь на моей шее, понимая, что в наглую я могу не пойти. Потому что это абсолютно не в моём характере. А сидеть и ждать от него первого шага можно было до самой пасхи.

Но все же нервы у меня сдали быстрее, чем терпение у Дани. Поэтому, когда мои юристы связались с Лёней и уточнили несколько моментов, это сразу же дошло до Данилы и в мою предновогоднюю суету влез ещё и бывший муж.

– Ну вот зачем? Зачем ты? – Прозвенел в трубке его голос? – Мы, что с тобой по хорошему договориться не можем? Мы, что не можем с тобой определиться, что остаётся мне, а что остаётся тебе?

– Нет, не можем Дань. Хватит. Прекрати. Хватит разыгрывать партию шута. Я сыта этим по горло. Я не собираюсь смотреть на то, как ты выплясываешь у меня на нервах и даже не стесняешься этого.

– Господи, Илая, сколько в тебе яда. А надо было всего лишь не подавать на развод. Ну, подумаешь мужик гульнул. Ну так я не железный. Мне тоже иногда вместо ромовой бабы хочется трубочку.

– Слушай, трубочку свою нашёл? Вот пусть она теперь играет на твоей трубе. Окей? Мне тут не надо пошлые намёки делать.

– Илая.

– Что Илая? Что Илая? У тебя не мозгов нет, а нормального, человеческого выбора. Нашёл черт пойми кого. Так ещё и клинья к Розе подбиваешь.

– А вот по поводу Розы лучше тебе вообще не заикаться. – Зло произнёс муж и я наплевав на то, что не собиралась с ним ругаться, бросила трубку.

Пусть к черту идёт!

Но звонки продолжились. Хотя я уже не испытывала никакого интереса ковыряться в его грязном белье.

Агнесса написала, что она задержится из-за семинара, и поэтому я решила тоже остаться на работе до последнего.

Но все пошло под откос, когда после шести в оранжерею приехала Розочка. Она взмахнула руками, расцеловала в обе щеки моего главного продавца и потом упорхнула в мой кабинет. Я зашла следом, сложив руки на груди.

– Господи, Илая, ну, что ты надулась?

– А, то есть ты не понимаешь? Да? – Тихо произнесла я, взвешивая в руке стеклянную вазу.

Нет, вы не подумайте, я держала себя в руках. Просто, в конце концов, всему есть предел. И то, что младшеньких нельзя обижать– давно не работает в качестве правила.

– Ты вообще все неправильно поняла. Если бы ты могла смотреть намного дальше, то все стало бы очевидно.

– Что стало очевидно? Что у меня сестра совсем не видит никаких границ? Или, может быть, очевидно то, что сестре настолько наплевать на то, что будет происходить в семье, что она готова не побрезговать чьим-то бывшим мужем? Роз, ты говори до конца. А то ты знаешь, я как-то теряюсь. Ещё больше всего обижает в этой ситуации то, что я пытаюсь перед родителями тебя обелить. А может быть, не стоит. Может быть, просто ты лицемерная дрянь, которая посчитала, будто бы зачем такому мужику, как Даниил куда-то из семьи деваться? Ты мне скажи, это не от того, что я капец, как много к нему чувствую, а только из-за того, что это твоё предательство, а не его. И от своей сестры я такого не ожидала.

***

Милые, у меня сегодня скидка на историю Лики, которая узнала про вторую семью мужа, но в своей семье оказалось все намного хуже и катализатором кошмара стала обнародованная измена.

Читать здесь

глава 22