Я прижала его к стенке с целым списком причин, почему его история вдохновит мир, но ничего не сработало. Пыталась убедить, что Рю будет им гордиться — он сказал, что ей и так достаточно. Страстно доказывала, что мир катится в пропасть эгоизма, и нам всем нужно сопротивляться, но его «нет» оставалось твёрдым.

Я пробовала разные подходы: ловила его то на заплывах, то на спринтах, то на подтягиваниях. Спрашивала по пути на базу и обратно. Репетировала аргументы перед зеркалом — от того, как выход из зоны комфорта способствует росту, до патриотизма, адресованного человеку в военной форме.

Но, увы — ничего.

Единственный довод, который хоть немного имел шанс, был морально сомнителен: рассказать, что мне нужно, чтобы он меня спас.

Сначала я сказала себе: Нет. Ни за что. Но со временем, когда одно его «нет» сменялось другим, я начала сомневаться.

Потому что на самом деле — мне правда нужно было, чтобы меня спасли.

Нет, я не собиралась его шантажировать. Или вынуждать. Я просто хотела дать ему полную картину. Он сам вольный человек — пусть решает, что хочет. В конце концов, можно даже сказать, что не сказать ему правду — это и есть настоящая моральная ошибка.

Попросить что-то у человека, если знаешь, что он не хочет этого давать — очень тяжело.

Соберись! Это твоя карьера, — говорила я себе.

Но как мне его попросить? Влезть в инструктаж перед вылетом? Подойти, пока он сидит за швейной машинкой и чинит снаряжение? Перебить лекцию по технике безопасности, где он рассказывает, что у них в жилетах: ножи, рационы, баллоны с кислородом, зеркала для сигналов, спасательные плоты? Разве моё спасение важнее, чем его подготовка людей к спасению жизней?

Вот чем Хатч занимается целыми днями.

Только представьте: Хатч объясняет, как правильно накладывать жгут, добавляя:

— Если кровь не останавливается, наложите второй. Затягивайте, пока не закричит и добавьте ещё один оборот.

А потом — я, следом:

— Простите, что перебиваю. Мне грозит увольнение. Можно, я переночую у вас и сниму, как вы прыгаете через скакалку без майки?

Нет. Просто нет.

Мои проблемы, мои тревоги, вся моя жизнь казались рядом с этим до смешного мелкими.

Вот, например, один из советов по безопасности, который Хатч дал на том же собрании:

— Если после аварии на воде почувствуете запах топлива — не запускайте сигнальные ракеты.

Ну скажите — как вообще можно с этим сравниться?

Он и так спасает людей. Ему точно не нужна ещё я — как дополнительная обуза.

Я бы, наверное, вообще сдалась… если бы не настойчивые сообщения от Коула:

Ты уже спросила снова?

Поторопись.

Того чувака из Калифорнии только что уволили.

К тому же я и правда была занята. Эта работа — крутая гора для восхождения, особенно если ты вообще ничего не знаешь о военных.

Только за первую неделю я выучила такие термины, как:

— rollers — для волн;

— sortie — для вылетов на вертолёте;

— ensembles — для разных комплектов гидрокостюмов у спасателей;

— night sun — внешний прожектор, которым освещают волны в темноте;

а ещё:

— SAR — «поисково-спасательная операция»,

— PIW — «человек за бортом»,

— NVGs — «приборы ночного видения».

И самое важное: bingo. Как только вертолёт достигает bingo, он должен немедленно возвращаться на базу — иначе топлива не хватит.

Много новых слов. Ни одно не казалось неважным.

Я завела блокнот, записывала всё, выделяла маркером, бесконечно донимала Хатча вопросами вроде:

— Прости, а что такое VFR-карта?

И, между прочим… даже если не считать всей этой военной лексики — с Хатчем просто интересно говорить. Он необычный человек. Его день на базе каждый раз вызывал в моей голове миллион новых вопросов.

И не забывайте: я всё ещё делала про него видео.

Я проводила весь день с камерой — снимала, а потом, вернувшись в Starlite, разбирала отснятое. Хатч занимал примерно 90% моего времени. Когда я с ним не разговаривала — я его снимала. Когда не снимала — монтировала. Искала лучшие моменты.

И знаете, что я там увидела?

Хатч придерживает двери.

Хатч подметает ангар, напевая Heart and Soul.

Хатч собирает мусор на парковке.

Хатч искренне смеётся над чужими шутками.

Хатч приносит завтрак для всей команды.

Хатч в дождь отдаёт зонт другим, говоря, что ему не жалко промокнуть.

И ещё — на видео я снова и снова замечала странную вещь:

Хатч поднимает монетки с земли, смотрит на них… и бросает обратно.

— Что за история с монетками? — спросила я как-то по дороге домой.

— С монетками?

— Ты всё время их поднимаешь.

— Да?

— Смотришь, когда тебе дают сдачу. Копаешься в банке с мелочью в комнате отдыха. Подбираешь каждую, что видишь на земле.

— Все так делают. Это же на удачу.