Я и сама мало что сейчас соображаю. Знаю только, что люблю его сейчас как-то особенно остро.

И меня разорвëт от этих чувств, если никак их не выражу.

- Доиграешься, крошка, - говорит чистым бархатом.

Кожа опять гусиная.

Подползаю к нему на коленях. Ладони упираю в его плечи и легко толкаю, заставляя лечь.

Сверху сажусь на него, бёдрами обхватывая живот. Он замирает, руки тут же сжимают мои бока.

Всё. Никуда мне не деться. План был не совсем такой, конечно...

Наклоняюсь. Один мягкий поцелуй, не тороплюсь.

- Ясь, рано тебе... не получится... - через такую боль меня от себя отрывает, прям чувствую.

- Как скажешь, - улыбаюсь.

Целую в шею. Потом снова в шею, но ниже. Сама вниз по его телу протискиваюсь. Кожа у него безумно приятная. Оставляю короткий поцелуй под ключицей.

Мускулы под губами моими напрягаются. Как будто даже больше становятся. Горячее - так точно.

Мне моя затея уже меньше нравится...

Он же не обидится, если я передумаю резко?

- Ты... космос просто. Обожаю... тебя, - хриплый обрывистый шëпот сверху. Кажется, потом что-то на матерном тише.

Со следующим поцелуем медлю. Глаза на него поднимаю, а он на меня смотрит. Всё время смотрел!

Блин. Блин. Делать что дальше? Точно обидится.

Яся! Не могла полежать спокойно? Доставщик бы пришëл, мы бы пиццу поели, или что там в заказе... А теперь выкручивайся.

- Правда... я не умею совсем, расскажи, что делать...

Боже, голос дрожит, как пластинка поцарапанная. Наверное, я смешно выгляжу.

Хищница нашлась, тоже мне. Стыдно как.

У Димы девушек был вагон и маленькая тележка. Нормальных.

А я... мужчину вблизи не видела до сегодняшнего дня. Чем я там заниматься собралась?

Чувствую, как щëки жар наливает. И взгляд его другим становится. Не пойму... Он смеëтся надо мной?

Кубики пресса очерчиваются, когда Дима приподнимается.

Я не успеваю выпрямиться до конца, как его ладонь скользит мне под волосы, пальцы впиваются, и он притягивает меня к себе, к губам своим. Сразу влажным и открытым, настойчивым.

Поздно, Яся.

Не отвертеться.

36

М-м...

Рот забит уже до предела.

Челюстью не пошевелить, но я упорно выжимаю каждую каплю солоноватого вкуса. Чувствую, как слюна предательски срывается с уголка губ на подбородок. Быстро смахиваю её ладонью. Знаю, что Дима заметил, но мне сейчас не до внешности.

Это просто... просто божественно.

Я заплачу сейчас от удовольствия. Скулы аж сводит.

Надо ещё. Не остановлюсь, пока всё в себя не запихну.

- Подавишься же.

- М-м! - брови недовольно сталкиваю.

Если я подавлюсь и умру тут, это будет его вина.

На надо было заказывать такую вкуснотищу. И вообще, мне силы нужно восстановить.

Я - заслужила. Я там... такое...

Картинки, картинки перед глазами, от которых стыдно и одновременно как-то невероятно свободно становится. Будто те узлы, что во мне меня же сковывали один за одним развязываются. Я теперь - новая развязанная я. Развязная.

- Почему улыбаешься? - по волосам меня треплет.

А я не могу не улыбаться. Даже с набитыми под завязку щеками.

Счастлива потому что.

Потому что ты рядом.

Чëрт. Сейчас точно заплачу. В носу уже щиплет.

Многовато васаби на последний ролл положила, он ещё и перевернулся шапочкой точно на язык. Все рецепторы себе выжгу.

- Воды?

Киваю много раз. Ладонями воздух к лицу пригоняю.

Пью.

Фу-у-ух. Я выжила. Надо тем огромным куском лосося теперь закусить.

- Знал бы, что ты такая голодная, больше заказал, - Дима лениво возится палочками в коробке с лапшой. Расслабленный, как кот, объевшийся сметаны.

Окидываю взглядом стол.

Куда уж больше?

У нас и так поляна волшебная. Скатерть самобранка. Одних сетов видов пять, а ещё рис, лапша, сашими. Странный десерт, похожий на клецки, я до тебя ещё доберусь. Кола и морсы, три вида.

- Я не ожидала, что роллы такими вкусными бывают, - оправдываюсь.

В доставках они обычно совсем не такие.

Это не еда, а произведение искусства какое-то. Будто у нас не грязная речка, а море под боком. И только что, пока мы с Димой в спальне за полгода отношения навëрстывали, азиат в острой шляпе бакланов запускал над водой.

- Подсел на японскую кухню в последнее время. Приедем в Москву, я тебя свожу в одно место интересное.

Что-то тëпленькое разрастается в груди. И это не от восточных приправ.

Нужно о чëм-то серьëзном спросить, а то опять буду улыбаться, как дурочка.

- Как прошли экзамены?..

Мы не говорили о зиме, и, я надеюсь, никогда говорить не будем.

Ерунду всякую обсуждаем, глупости бытовые. Со стороны может показаться, что мы и не ссорились никогда. Просто судьба случайно развела нас на время по разным городам.

А сейчас снова свела.