» Фэнтези » » Читать онлайн
Страница 239 из 240 Настройки

Я свернулась в его объятиях, вдыхая пряный запах, от которого во рту собиралась слюна. Паника отступила обратно в тёмный угол.

— Просто… любовь к тебе и Бранимиру… она непостижима. Иногда кажется, будто сердце вот-вот разорвётся.

Он вздохнул и обнял меня крепче. Мышцы рук напряглись вокруг меня, и я потерялась в его объятиях.

— Что ж, у этого есть только одно решение.

— Какое?

— Я сделаю тебе ещё одного ребёнка. Будет с кем разделить всю эту любовь.

В вечер, когда я сказала ему о беременности, он мучился, отчаянно убеждая меня, что станет ужасным отцом. Первые пять месяцев он был уверен: мы совершили ошибку. Как бы я ни успокаивала, он держался в стороне, считая одно своё присутствие дурным предзнаменованием для ребёнка. В последние месяцы беременности в нём проснулось любопытство. А в залитую лунным светом ночь рождения Бранимира, когда он впервые взял сына на руки, что-то внутри него перевернулось.

Я видела в его глазах сияющую гордость. Не поверхностное удовлетворение от похвалы — нечто более глубокое, почти телесное. Гордость, которая расцвела сама собой и заставила увянуть сорняки стыда и унижения, душившие его два столетия. Он создал жизнь, и вдруг прошлое перестало иметь значение.

— Тебе так не терпится снова увидеть меня с огромным животом? — спросила я.

Он перекатился на меня, заключив между руками.

— Очевидно, ты понятия не имеешь, насколько божественно, блядь, выглядела с моим ребёнком под сердцем. Удивительно, что у нас до сих пор нет целой дюжины.

— Ни за что. Один — хорошо. Два, наверное, уже слишком много.

— Три.

Он уткнулся лицом в мои волосы и вдохнул.

— Один.

— Ладно.

Я нахмурилась и упёрлась ладонью ему в грудь.

— Ладно? Ты никогда не сдаёшься так легко.

Несмотря на моё сопротивление, он поцеловал меня в нос.

— Вернёмся к разговору после рождения второго.

— Какой же ты самоуверенный.

Я прищурилась.

— Могу вообще решить больше с тобой не спать.

Он вскинул бровь.

— Думаешь, ты на это способна?

Твёрдая эрекция у моего бедра подчёркивала вопрос.

— У меня есть пальцы и очень живое воображение.

— М-м-м. И кого же ты представляешь, когда пускаешь эти пальцы в ход?

Он, едва касаясь, скользнул ладонью по моему животу к груди и принялся обводить сосок, дразня меня.

Я сжала бёдра. Боль между ними пульсировала от каждого движения мозолистого пальца. Боги, как хотелось, чтобы эти сильные руки массировали мои бёдра. От одной мысли дыхание потяжелело, веки опустились.

— Тебя, — выдохнула я.

— И думаешь, этот призрачный образ меня тебя удовлетворит?

Я знала, что нет. Каждый раз, когда он уезжал надолго, отчаянно ждала облегчения, которое получала в ночь его возвращения.

— Обошлась бы.

Тело чуть не закричало в знак протеста.

— Правда?

Он провёл пальцами ниже, по животу к припухшему бугорку плоти, молившему о прикосновении.

— Тогда мне остановиться и предоставить тебе самой всё закончить?

— Ты забыл, насколько я упряма?

— Ты не сказала мне остановиться, лунная ведьма, — прошептал он. — Скажи только слово — и я оставлю тебя наедине с собой.

— И тебе будет так легко не касаться меня? Лежать рядом, пока я довожу себя до оргазма и стону твоё имя?

Его дрожащий выдох коснулся моих плеч, и я улыбнулась.

— Блядь. От одной мысли ноги подкашиваются.

— Не стоит со мной играть, Скорпион. Я уже отлично знаю, что доставляет мне удовольствие. Ночью, часами наедине с собой. Какие непристойные мысли приходят в голову.

— Боги, А’мишла, каждую ночь разлуки мне снилась ты. Я скакал домой, пока мышцы едва не отказали, лишь бы добраться до тебя.

Я провела пальцами по его волосам и проследила линию вен на шее.

— Тогда ты, наверное, измотан. Слишком измотан?

— Для тебя? Никогда.

Я замерла и фыркнула.

— Видишь? Именно об этом я и говорю. Куда временами девается твоя тёмная сторона?

Его тёмный смешок лишь усилил ненасытный голод, который он уже успел пробудить.

— Предпочитаю приберегать злодейство для тех, кто его больше заслуживает.

— Например?

Он посмотрел вниз и снова на меня.

— Например, для этой раздражающей туники, которая мне мешает.

— Страшно представить, что ты сделаешь с бедной беспомощной вещью.

— Можешь спасти её, если снимешь сама.

— И что в этом весёлого?

Я накрутила на палец прядь за его ухом.

Он улыбнулся мне, и на щеках появились ямочки.

— Ты невыносимо красив, — сказала я.

— А от твоей красоты больно дышать.

Он провёл большим пальцем по моему виску.

— Каждый раз, когда смотрю на тебя, у меня по-настоящему болит грудь.

— Каждый раз? Может, мне носить маску?

— У меня есть одна, можешь одолжить.

Мы оба рассмеялись — наверное, усталость тоже давала о себе знать.