Покой, который хотелось защитить. Но в тишине мысли вернулись к разговору в доме целительницы. Тысячи заразятся. Из каждого убитого мутанта появятся сотни. Даже собери мы армию, нас будет меньше. Чем больше сил они получат от мансеров, тем слабее станет наша защита.
Морсана.
Я выскочила из комнаты Зевандера и прошла немного по коридору туда, где жила перед возвращением в Мортасию. Петли заскрипели. Знакомая спальня, когда-то принадлежавшая его матери. На кровати лежало брошенное чёрное платье. На столе — пустой пузырёк зелья, которым Рикайя изменила мою внешность в ту ночь. Рядом — чёрная лента на шею, которую носила почти всю жизнь.
Я подошла и подняла крест, вспоминая слова дедушки Бронвика в первый вечер, когда меня заставили надеть его.
«Пусть он будет не знаком отвержения, а символом непокорности».
Как ничтожно это казалось теперь, когда Сактон Крейн мёртв.
От моей руки.
Убрав ожерелье в карман, я огляделась в поисках книги. Была уверена, что оставила её здесь. Поспешила к кровати и откинула покрывала — только аккуратно заправленные простыни. Опустилась на колени и поискала под кроватью. У тумбочки. В шкафу. Даже в соседней купальне. Никаких следов.
Где могла оставить?
Постукивая по подбородку, я высматривала пропущенные места.
— О! Простите!
Мягкий женский голос заставил резко обернуться. На пороге стояла принцесса Калиша.
Сердце билось, словно в рёбрах выпустили стадо носорогов. Я выдохнула, не в силах унять дрожь.
— Это твоя комната?
Она вошла, посмотрела в коридор и указала через плечо.
— Я спала в другой, но с прибытием гостей Рикайя выделила эту. Однако казалось, здесь кто-то живёт, и я спросила… Если хочешь остаться, найду другую.
— Нет, нет. Просто искала кое-что.
— Я ничего не трогала. Не знала, чьи вещи.
Зажав платье под мышкой, я поправила постель.
— Прости за беспорядок. Уходила в спешке.
Ещё раз осмотрела комнату.
— Не попадалась книга? Странная, с костяным корешком?
— Костяным?
Подняв брови, она покачала головой.
— Не помню. Но наверняка запомнила бы.
Я задумалась, отчаянно пытаясь вспомнить, когда видела её в последний раз. Могла бы поклясться, в этой комнате.
— Значит, оставила в другом месте. Возможно, в библиотеке.
Откашлявшись, опустила голову и понесла платье к двери, но остановилась рядом.
— О, эм… — Сделала маленький реверанс. — Ваше Величество.
— Не нужно.
Она улыбнулась и отмахнулась.
— В разгар мора церемонии едва ли важны. Скоро все будем стоять плечом к плечу. Бороться за жизнь.
Нервно перебирая пальцами, она прошла дальше.
— Титулы и положение не будут иметь значения, правда? Думаю, мало что будет.
Улыбка исчезла. Я представила, что нас останется лишь горстка. У дома целительницы мы победили, но как справились бы с тысячами?
— Рикайя говорит, у тебя костяной кнут из позвоночников.
Она посмотрела на руку, несомненно заметив уродливую чешуйчатую перчатку.
— Это больно?
Я протянула руку, согнула пальцы и покачала головой.
— Скорее неудобно.
— Пугающе красиво.
— Спасибо, принцесса.
Теперь исчезла её улыбка.
— Мой отец стал одним из чудовищ.
Она опустила голову с печальным лицом.
— Ничего не осталось от человека, которого я знала.
Заморгала, словно сдерживая слёзы.
— Мне очень жаль.
— Как думаешь, Смерть добра?
Я обдумала вопрос.
— Думаю, может быть милосердной, когда хочет. Да.
Сжав губы, она кивнула.
— Надеюсь. Если придёт за мной, надеюсь, она окажется добрее, чем жизнь в муках.
Вспомнив последний разговор с Морсаной, я сказала:
— Я тоже.
Глава 45
Зевандер
— Знаю, ты измотан дорогой, поэтому буду краток.
Долион сидел напротив Зевандера в кабинете, где попросил встретиться, и отпил напиток, который Зевандер налил ему по настойчивой просьбе.
— Амулет у Кадавроса.
Зевандер откинулся и провёл рукой по лицу.
— Блядь.
— Именно это я и подумал.
Ещё долгий глоток. Долион налил второй бокал.
— Боги знают, куда исчез. Полагаю, спрячется. Будет тихо собирать армию. Может, придёт и за тобой: сейчас ты главная угроза.
— Почему?
— Пестелиос выбрал Кадавроса за способность забирать магию крови других мансеров. Твой глиф бога уничтожил бы его.
Зевандер фыркнул.
— Не стоило дураку настаивать, чтобы я его получил.
— Возможно. Но, думаю, только так он мог выбраться из Мортасии.
Зевандер скрипнул зубами при мысли, что им так легко манипулировали. Не будь его разум в руинах, с радостью уничтожил бы Кадавроса при первой возможности.
— Нужно найти его гнездо и сжечь дотла.
— Что ж, возможно.
Долион кивнул.
— Хотя я много читал и выработал кое-какую теорию.
— Какую?
Зевандер налил себе и потёр затылок, тщетно пытаясь снять мышечное напряжение.
— Думаю, у заражённых единый разум. Так они общаются.
Долион постучал по виску.
— Один разум. Одна зараза. Заточим Пестелиоса в амулет — связь оборвётся. Зараза умрёт.