Рука Маркуса снова обвилась вокруг талии и утянула меня обратно в постель. Телефон вернулся на тумбочку. Он крепко прижал меня к груди и оставил цепочку поцелуев на шее.
— Доброе утро.
Голос был низким, хриплым после сна и чертовски сексуальным.
Я повернулась к нему.
— М-м-м, доброе.
Выгнулась и поцеловала его. Большой палец погладил мою щеку.
— Прошлая ночь была...
Он посмотрел на тумбочку, когда телефон снова завибрировал по дереву.
— Идеальной, — закончила я за него и проигнорировала звонок.
Маркус поцеловал меня и перевернул на спину. Под тяжестью его тела я уже не могла дотянуться и посмотреть, кто звонит.
— Может, закажем завтрак в номер?
Губы спустились по шее к груди и захватили затвердевший сосок. Я тихо вскрикнула от прикосновения и выгнулась над кроватью ему навстречу.
Снова громкая вибрация.
— Кто там? — прорычал Маркус.
— Угадай с одного раза.
Я перекатилась на другую сторону кровати, села и попыталась добраться до телефона.
— Игнорируй.
Он последовал за мной, обнял за талию и принялся лениво целовать шею. Я прекрасно понимала, что он пытается сломить мою решимость. И это работало.
— Это уже третий звонок. Он решит, что что-то случилось.
Я попыталась немного отодвинуться, чтобы окончательно не потерять способность говорить, но Маркус без труда притянул обратно.
У нас с Ксандером было правило: три пропущенных звонка означали опасность. Оно появилось из-за моей тревожности после того, как он впервые сорвался. Теперь это просто было правилом, которому мы оба следовали.
Я взяла телефон и глубоко выдохнула, пытаясь прийти в себя.
— Ксан?
— Почему ты игнорируешь мои звонки и сообщения? Ты в порядке?
— Я... я... прости, секунду, — запнулась я.
Маркус, похоже, окончательно решил сделать этот разговор невозможным. Рука с талии скользнула между моих бедер.
Я попыталась подавить тихий вскрик и предупреждающе оглянулась. Бесполезно. Это только сильнее его раззадорило.
— Э-э-э... — снова начала я, но тяжело сглотнула, когда один палец вошел внутрь.
Тело предало разум, прижимаясь к Маркусу.
— Я могу перезвонить позже? — каким-то чудом удалось произнести все одной фразой, хотя дрогнувший голос и шорох простыней наверняка были слышны.
— Ты разговариваешь со мной, лежа с кем-то в постели? — рассмеялся Ксандер.
Мы не просто балансировали на грани допустимого – мы с ней играли в скакалку. Маркус посмотрел на меня, приподняв бровь.
— С кем-то? А с кем еще? — тихо, почти шутливо потребовал он у самого уха и ввел второй палец.
— Фу, — простонал Ксандер.
Я уже почти не могла говорить, и Маркус воспользовался моментом, забрав телефон. Подушечки пальцев надавили именно туда, где я сходила с ума, и уверенно принялись ласкать эту точку, лишая меня последних сил.
— Пока, — бросил Маркус в трубку, завершил звонок и кинул телефон на кровать, чтобы потом найти.
Я смотрела на него с приоткрытым ртом, одновременно потрясенная и захлебывающаяся удовольствием.
— Не могу поверить… — Думать о чем-либо, кроме нарастающего наслаждения, уже не получалось, поэтому с губ сорвалось единственное, что осталось в голове: — Маркус.
Он ничего не ответил. Веселая улыбка стала порочной.
Маркус вынул мокрые пальцы, переместился сверху и прижал мои руки по обе стороны от тела, осыпая шею легкими поцелуями.
— Моя.
— М-м-м, — довольно протянула я.
Он поднялся на колени, отбрасывая мешавшие простыни. Взгляд не отрывался от меня.
— Перевернись.
Да, сэр.
Глава 37
Маркус
За последние пять лет «Sutton Industries» превратилась в настоящего гиганта. С ростом компании присутствие на некоторых светских мероприятиях стало частью бизнеса. Мне нередко везло слушать лучшие оркестры мира в самых знаменитых концертных залах.
Но ни одна симфония не звучала прекраснее стонов Слоан, а иногда и криков, когда она произносила мое имя.
Это вызывало зависимость. Она вызывала зависимость. И ради этой эйфории я был готов на все.
Слоан была настоящим огнем. Не знаю, почему меня это удивляло. В других сферах жизни она никогда не стеснялась добиваться желаемого. С чего бы здесь все оказалось иначе? К моему счастью, не оказалось.
Ей все было мало. Все выходные мы занимались сексом на любой поверхности, способной выдержать ее соблазнительное тело. Когда я планировал поездку, то предполагал, что днем ей захочется куда-нибудь выбраться, и держал в голове несколько вариантов. Они нам не понадобились.
Между нами искрило так, что это неизбежно перенеслось в спальню. А еще на кухонную столешницу, в душ, на диван и во все остальные места, где я мог прижать ее, уложить или нагнуть.
Вспомнив об этом, я улыбнулся и большим пальцем нежно провел по коже мирно спящей рядом Слоан. Она свернулась под моей рукой, положив голову мне на грудь. Было еще рано. Я проснулся некоторое время назад, но хотел дать ей отдохнуть.