Она и правда дочь Лазаря. Ну, по крайней мере, документы это подтверждают. Вот, свидетельство о рождении, где в графе «отец» стоит прочерк. И, вот, свидетельство об удочерении. А ещё тест ДНК.
Девчонка не соврала. Она дочь Лазаря. И что с этим делать?
Если и её хотели прикончить, то где гарантия, что не попробуют снова?
Поднимаю взгляд и смотрю в своё отражение в дверце шкафа.
Я должен не допустить этого.
Должен, да. Лазарь сказал ей прийти ко мне. Я не могу предать его.
Смотрю на часы — восемь часов. Пора бы разбудить гостью и серьёзно поговорить. И только собираюсь сделать это, как слышу какие-то звуки за дверью.
Это кто там?
Встаю и иду в холл. Хм.
Потираю подбородок, наблюдая, как девчонка крадётся по холлу к входной двери. На ней всё та же пижама, поверх которой она накинула найденную где-то толстовку. В одной руке зажаты кроссовки, другой она медленно опускает ручку замка, стараясь не издать ни звука.
Замок тихо щёлкает. Стефания приоткрывает дверь, сначала выглядывает наружу, затем проскальзывает на крыльцо. Решила, значит, что я не замечу.
Делаю шаг и встаю в дверном проёме. Девчонка всё ещё не замечает меня. крадётся к своей цели.
Но не успевает она добежать до дорожки, как из-за живой изгороди выходит охранник. Девчонка резко меняет направление, бросается к боковой калитке, но там уже появляется второй.
Стефания замирает. Несколько секунд смотрит то на одного, то на другого, будто всё ещё ищет лазейку. Потом подхватывает с земли выскользнувший кроссовок и пятится к крыльцу.
— Далеко собралась?
Она вздрагивает и оборачивается.
— У меня есть дело. Мне надо, — хмурится и смотрит упрямо.
— Если выйдешь за ворота, до вечера не доживёшь.
На мгновение в её глазах мелькает страх. Но она быстро прячет его за злостью.
— А вам я почему должна верить?
Хороший вопрос. Только отвечать на него я не собираюсь.
— Не должна. Но пока останешься здесь.
Охранники ступают к ней и она не дура, быстро соображает, что выбора нет. Фыркает и идёт к дому. В попытке не коснуться меня, плечом задевает дверной косяк, но даже не морщится. Я хмыкаю и закрываю дверь.
— Ещё раз попробуешь сбежать — привяжу к батарее, — предупреждаю я.
Стефания резко оборачивается. Смотрит на меня словно пытается понять, шучу я или говорю серьёзно.
Нет, девочка, я не шучу. И я не только привязать могу. И тебе бы лучше сразу уяснить это.
— Мне нужно забрать одну вещь, — наконец, говорит она.
— Из сгоревшего дома?
— Не из дома. Папа оставил её в другом месте.
Вот теперь становится интересно.
— Где?
Стефания прикусывает губу и отводит взгляд. Снова молчит. Снова проверяет моё терпение?
— Если хочешь, чтобы я тебя защищал, выкладывай всё, — говорю жёстко. — Не половину. Не то, что тебе удобно. Всё.
— Он дал мне ключ, — тихо произносит она. — И адрес. Сказал открыть ячейку, если с ним что-нибудь случится.
— Где ключ?
— Потеряла, — бурчит она. — Когда выпрыгнула из окна.
— Врёшь.
Хмурится ещё больше, смотрит со злостью.
— Не вру!
— Тогда зачем сбегала?
Сжимает губы и молчит. Что-то раздражает меня эта девчонка. Если бы не Лазарь…
Телефон в кармане вибрирует. Ильдар.
— Говори, — рявкаю в трубку, не отрывая взгляда от девчонки.
— Нашли запись с камеры через улицу от дома Лазарева, — докладывает он. — За десять минут до пожара оттуда уехала тёмная машина. Номера закрыты. Но есть ещё кое-что: утром кто-то уже пытался получить доступ к банковской ячейке Александра Лазарева.
Медленно перевожу взгляд на девчонку.
Она стоит неподвижно. По лицу вижу — слышала каждое слово.
— Какой банк? — спрашиваю я.
Ильдар называет адрес.
Я вижу, как меняется выражение лица Стефании. Она вообще не умеет скрывать своих эмоций пока. Слишком молодая.
— Усиль охрану и подготовь машину, — приказываю в трубку. — Через двадцать минут выезжаем.
Делаю шаг к девчонке. Ну, Стефания, что скажешь?
Смотрю на неё, а потом замечаю тонкую цепочку у неё на шее. Тянусь рукой, но девчонка бьёт меня по запястью.
Хмурюсь и одной рукой захватываю обе её руки. Крепко сжимаю.
Девчонка дёргается, но это не мешает мне вытащить цепочку. А на ней висит маленький металлический ключ.
Не потеряла, значит. Спрятала.
— А вот теперь, Стефания, — произношу тихо, — мы поговорим о том, почему ты мне соврала.
6. Саид
Разжимаю хватку на её запястьях. Девчонка тут же отскакивает на шаг, судорожно прижимая ладонь к груди, будто пытается спрятать этот ключ. Глаза сверкают яростью, дыхание сбивчивое.
— Я вам не верю, — цедит она.
— Тогда какого хера пришла? — хмурюсь. — Я не звал тебя в мой дом.
Мечет на меня ненавидящий взгляд. Упрямо хмурит брови.
— Я уйду! — и даже делает шаг в сторону.
Хватаю её за руку.