В этом мире слишком много крови, и я чувствую, как сердце снова странно сжимается, как всегда бывает рядом с ней, но именно этот мир позволяет мне ее защищать.
— Я хочу иметь возможность убить каждого твоего врага. Каждого, кто хоть раз косо на тебя посмотрел или причинил тебе боль. Каждого, кто бросил тебя, когда тебе нужен был кто-то рядом, — говорю я, глядя в ее теплые глаза цвета леса, залитого солнечным светом летним днем.
Она прижимается ближе и медленно меня целует. Мягкость ее губ и вкус кофе на ее языке заполняют мои чувства, когда я закрываю глаза.
В ней так легко потеряться. В тишине и покое, которые воцаряются у меня в голове, когда она рядом. В тихих звуках, которые она издает, когда мой язык касается ее языка или когда я прикусываю ее нижнюю губу, пытаясь пометить ее как свою.
— Пообещай мне, что будешь осторожен и не дашь себя ранить, — шепчет она мне в губы.
Беспокойство Виктории и Анушки всегда трогало меня, но осознание того, что эта женщина, которую я хотел с первого же мгновения, как только увидел, переживает за меня, вызывает на моем лице самую глупую улыбку.
Луна хмурится и угрожающе тычет указательным пальцем мне в грудь.
— Я серьезно, Роман. Я предпочту жить с мыслью, что Эйден все еще ходит по этой земле, если ты будешь каждый вечер возвращаться домой, — говорит она, и я слышу уязвимость в ее голосе.
Я не говорю ей, что не существует мира, в котором она будет дышать одним воздухом со своим бывшим, но другое слово заставляет мои брови приподняться, а улыбку стать шире.
— Домой? Только если ты будешь ждать меня там, любимая.
Я вижу, как она краснеет от осознания того, что теперь считает мой дом своим, и не могу удержаться от поцелуя.
Мне хочется отвезти ее домой и провести с ней так весь день, но и ей, и мне нужно закончить дела на работе. И после сегодняшнего разговора с Нико и Дэмиеном для меня ясно одно.
Надвигается что-то плохое.
Глава 25
Луна
Следующие несколько дней проходят без происшествий и, по иронии судьбы, с немного тревожной нормальностью. По утрам мы все завтракаем, потом я сажусь работать, а Роман уезжает в офис или по другим делам, о которых я предпочитаю не знать.
Ночи — совсем другая история. Много прикосновений, много поцелуев и... ничего больше. Я ценю то, что он не давит на меня и не требует большего, но иногда мне кажется, что я просто взорвусь, если он меня не коснется.
Как телепатически сообщить ему, что я больше не хочу ждать, и при этом не выглядеть отчаявшейся?
Мы говорили о том, чем в наши дни занимается его организация, но я все еще перевариваю подробности и стараюсь не впадать в панику. Я приняла его деятельность гораздо легче, чем ожидала. Но новостей ни об ирландском боссе мафии, ни об Эйдене по-прежнему нет.
Из-за того, что мы фактически живем в состоянии полуосады, в воздухе висит постоянная неопределенность, но рисковать мы не можем. Я по собственному опыту знаю, как легко сделать один неверный шаг и дорого за него заплатить, но если для нас эта ситуация просто раздражающая, то для Виктории она ужасна. Сегодня утром она едва не расплакалась, когда Роман запретил ей идти на день рождения подруги.
Я чувствую себя виноватой.
Перед уходом я замечаю, как Роман смотрит на телефон и хмурится.
— Черт, — бормочет он.
— Что-то случилось? — спрашиваю я, потому что обычно по его лицу невозможно ничего прочитать.
— Я забыл о вечеринке сенатора Кита, — говорит он и, заметив мой растерянный взгляд, подходит ко мне.
— Я бы хотел, чтобы сегодня вечером ты пошла со мной, — говорит он, беря меня за руки.
Ладно. Это всего лишь вечеринка. Насколько все может быть плохо? Но ты плохо переносишь толпу. Уф...
— Конечно, — отвечаю я и пытаюсь улыбнуться.
Я не хочу, чтобы он понял, насколько меня пугает мысль оказаться в окружении такого количества людей. Мне все время кажется, что в любой момент Эйден может появиться из-за угла.
— Обещаю, мы не задержимся. Мне просто нужно показаться там, — говорит он, словно читая тревогу в моих глазах.
— Насколько официальная эта вечеринка? — спрашиваю я, потому что последнее, что мне нужно, — опозорить его на публичном мероприятии своим видом, будто я несколько лет не выходила из дома.
— Дресс-код «блэк тай», но не переживай. Я пришлю Софию, она поможет тебе с платьем. В семь я вернусь домой и заеду за тобой, — говорит он и целует меня перед уходом.
Мне требуется секунд пять, чтобы осмыслить услышанное, потому что в голове крутится лишь одна мысль: кто такая София?