Внезапно в моей голове рождается идея, и тихий голос, который я держала в узде с момента возвращения в кампус, оживает, одобряя эту мысль. По телу пробегает дрожь. Но это не из-за прохлады в кафетерии. Причина глубже. Она связана с моим существом – гневом, ненавистью и сладостной местью. Злобная сущность внутри меня действительно ликует.
– Он никогда так себя не вел, – говорит Райли, отпивая напиток.
Мы поворачиваемся и, не обращая внимания на сердитый взгляд Дина, находим свободный столик у дальней стены.
– И как именно он себя ведет? – уточняю я.
– Как одержимый, – отвечает она, садясь за стол и глядя на меня поверх чашки.
– Ты ошибаешься, – усмехаюсь я и так резко кидаю сумку на стул, что он с резким скрипом опрокидывается на девушку, сидящую за соседним столиком.
Она резко поворачивается ко мне и, глядя на меня холодным и осуждающим взглядом, сжимает губы в недовольную линию. Наши взгляды пересекаются, но девушка тут же отворачивается и поспешно собирает вещи, будто собирается уйти. Осознание этого настигает меня только тогда, когда я наконец занимаю свое место. Что за черт?!
Я поворачиваю голову, чтобы найти Дина на другом конце зала. Не знаю, чего я ожидала, может быть, что он отвернется и сделает вид, что вообще не смотрел на меня, чтобы не смущать всех вокруг. Но это не в стиле Дина Картера. Вместо этого он, кажется, воспринимает мое внезапное внимание как своего рода победу. И, наверное, так оно и есть. Его грудь вздымается, когда он резко вдыхает, а затем на его лице появляется мрачная, порочная улыбка, заставляющая меня вспомнить холодную, темную спальню, мягкие простыни, свисающие с края роскошного матраса, и единственную струйку крови, стекающую по лицу Роджера Мерфи.
Я моргаю. Эти два образа сильно отличаются, но каждый из них одинаково на меня влияет.
– А теперь на него пялишься ты, – сухо комментирует Райли, отводя меня от края безумия. Потому что это именно то, что я чувствую: чистое, неподдельное сумасшествие.
– Ни на кого я не пялюсь, – огрызаюсь я, а Райли поджимает губы и удивленно вскидывает брови. – Кажется, ты стала меньше меня бояться, – говорю я. – Интересно, что мне нужно сделать, чтобы ты снова начала меня избегать?
– Я никогда тебя не боялась, – шепчет она, закатывая глаза, подведенные черной подводкой. – Теперь меня вообще мало что пугает.
Интересно…
В первый день знакомства с Райли я осознала, насколько мы похожи. И то утро в ванной все подтвердило. Неужели Райли что-то подозревает? Конечно, она ничего не может знать наверняка, но интуиция у нее развита гораздо сильнее, чем многие думают. Меня не удивит, если Райли выросла в таких же сложных условиях, как и я. Это могло бы объяснить ее поведение.
Таких детей, как мы, никогда не целовали перед сном и не укладывали спать с улыбками. Нам просто везло, если нас кормили хотя бы раз в день. Этот ход мыслей возвращает меня к воспоминаниям о маме. Кто знает, где она сейчас? Возможно, снова ушла в запой. Даже без Роджера Патриция не откажется от дозы и алкоголя. Он был не единственным ее дилером.
Я снова бросаю взгляд на Дина, но на этот раз он не смотрит на меня. Ведя разговор с Абелем, он хмурит брови и шевелит губами, что лишь усиливает мое раздражение. Особенно раздражает то, что в профиль он кажется еще привлекательнее. Когда его пронзительный взгляд не сверлит мою спину, то выглядит почти нормально. Настолько нормально, насколько может выглядеть любой темный бог, спустившийся на Землю с целью посеять хаос. Однако я, как никто другой, знаю, что Дин – не бог. Он просто злодей. И к моему несчастью, это мне нравится больше, чем если бы он был каким-то всемогущим существом.
Абель глубоко вздыхает, бросает на меня короткий взгляд, а затем снова смотрит на Дина и кивает. Что они обсуждают? Я уверена, что скоро узнаю, и, вероятно, это будет не самая приятная новость. И почему моя жизнь складывается именно так?
Я ворчу, доставая блокнот, а Райли открывает свой ноутбук.
С завтрашнего дня я начну избегать неприятностей. И что бы ни случилось, постараюсь, чтобы это не коснулось меня.
На следующий день я стою перед дверью мисс Бэрнс, нервно постукивая ногой. В голове крутятся мысли о том, как выйти из этой неприятной ситуации. Наконец дверь открывается, и передо мной появляется советник в элегантном темно-синем брючном костюме с белой полоской спереди и сзади.
– Авалон! – она произносит мое имя с удивлением, и я прищуриваюсь. – Ты здесь.
– Вы же сами вызвали меня по электронной почте, – напоминаю я, протискиваюсь мимо и сажусь. – Предполагается, что это наша последняя встреча.
– Да…
Мисс Бэрнс медленно закрывает дверь, словно раздумывает, стоит ли ей идти за тем, ради чего она ее открывала, или лучше задержаться.
Я снова встаю.
– Я могу прийти позже…
– Нет, уходить не нужно. Ты все равно уже здесь, – говорит она, садясь за стол и глядя мне в глаза.
Мисс Бэрнс убирает документы со стола в ящик, и это кажется мне странным. Создается впечатление, будто она их прячет именно от меня.
Советник садится за компьютер, и тишина наполняется стуком клавиш.