Второй парень подхватывает обмякшее тело Корины и взваливает ее на плечо. Я же опираюсь спиной на грудь своего мучителя, и он врезается в борт белого фургона. Незнакомец хмыкает, и его хватка слегка ослабевает, позволяя мне наконец вдохнуть.
– Черт, мне бы тут не помешала помощь! – рычит он, когда его приятель закидывает Корину на заднее сиденье фургона. – Достань еще один шприц.
Услышав приказ, я резко запрокидываю голову назад и слышу хруст его носа под моим затылком. Внезапно я оказываюсь свободна и, наклоняясь вперед, вдыхаю полной грудью, наполняя легкие кислородом. Но мои ноги скользят по мокрому тротуару, и меня вновь хватают чьи-то руки.
– Тварь, – шипит парень сквозь зубы. – Ты сломала мне нос. – Не дав мне упасть на асфальт, он толкает меня к боковой двери фургона, а затем всем своим весом прижимает меня к холодному металлу. – Коли! – кричит он своему приятелю.
– Понял.
Слезы наворачиваются на глаза, когда игла вонзается в мою шею. Я чувствую, как поршень опускается, и жгучая боль от лекарства, которым они меня накачивают, пронзает мое тело. Через несколько секунд мои руки и ноги теряют чувствительность. Но даже когда мое тело скользит на землю между фургоном и удерживающим меня мужчиной, пальцы цепляются за металл в поисках опоры. Я умудряюсь повернуть голову и вижу знакомое лицо. Это тот самый мужчина, который недавно прошел мимо меня по тротуару. А теперь, сквозь замутненное зрение, я замечаю, что он идет через парковку к фургону.
Мой спаситель?
Нет!
Я осознаю это лишь через мгновение, когда он проходит мимо нас троих, и я все еще пытаюсь сопротивляться, пока меня грубо волокут к фургону.
– Ну наконец-то, – с раздражением произносит первый мужчина, оборачиваясь и передавая меня второму.
Тот ловко ловит меня, прежде чем я успеваю коснуться земли. Из-за его плеча я вижу, как водитель выходит из машины и, размяв затекшую спину, протягивает конверт незнакомцу, наблюдавшему за нами. Ситуация становится все более тревожной. Это не просто нападение, это похищение.
– Отличная работа, – одобрительно говорит водитель. – Оставьте телефон включенным, если нам понадобится связаться с вами.
Седой мужчина кивает, убирает конверт в карман пальто и бросает на меня быстрый взгляд. Я отвечаю ему злой ухмылкой, пытаясь вырваться из хватки удерживающего меня человека. Но мои руки не находят опоры, и я слишком слаба, чтобы нанести удар кулаком.
Парни в масках хватают меня за руки и ноги, поднимают и грубо заталкивают в заднюю часть фургона. Я прижимаюсь к Корине, лежащей на полу, и, собравшись с последними силами, приподнимаюсь на локтях. Резким движением я выбрасываю ногу вперед, и подошва моего ботинка врезается в живот второму парню, выбивая его из машины. Но первый человек, которого я ударила еще на парковке, поднимается в фургон раньше, чем я успеваю сделать еще хоть одно движение своими онемевшими конечностями. Он снимает маску и бросает ее в заднюю часть фургона, хрустнув пальцами. Мне приятно видеть, что я действительно повредила его нос, возможно, он теперь не будет выглядеть так же привлекательно.
Его холодный взгляд останавливается на мне, когда он приближается, и, слегка наклонив голову, парень усмехается с высоты своего положения.
– Я собираюсь насладиться этим сполна, – говорит он, занося кулак и нанося удар по моему лицу.
Моя голова запрокидывается назад, хрящи трещат, как сухие ветки под ногами, и кровь, густая и темная, вытекает из ноздрей, заливая лицо. Мир вокруг исчезает, оставляя лишь черноту и пустоту, и я падаю на пол, словно в бездну, где нет ничего, кроме холодного, безжалостного забвения.
Глава 41. Дин
– Куда еще она могла пойти, чтобы раздобыть нужные сведения? – задумчиво произносит Абель, когда машина останавливается у общежития Хейверс. – Наверняка Авалон здесь.
Лучше ей быть здесь.
Мои кости буквально трясутся от нетерпения, а по телу пробегает волна желания. Дикая. Злая. Голодная. Раньше я задавался вопросом, чего хочу больше – убить Авалон Мэннинг или овладеть ею. Но теперь, когда я уже держал ее в объятиях – нежную, страстную и такую безумную, что каждый мой вдох наполнялся ее сумасшествием, – я понял ответ.
Я буду обладать ею, и только ею, всю оставшуюся жизнь, если она позволит.
Однако время от времени, когда она выводит меня из себя, я представляю, как мои руки обвиваются вокруг ее шеи. Наказание. Награда. Черт возьми, все, что я делаю с ней, кажется мне чрезмерным и одновременно недостаточным. Авалон из тех малышек, которые будут улыбаться, даже если я разорву ее плоть на куски и погружусь в ее внутренности. Но на этот раз она зашла слишком далеко.
– Ты прав, – замечает Брэкс, указывая в сторону другого конца парковки. – Вот и машина.
К моему разочарованию, водителя не видно – Авалон словно растворилась в воздухе.