Райс не изменился в лице, сосредоточенно наблюдая за мной. Даже в многотысячном скопище людей он умудрялся занимать неестественно много пространства.
Как такое вообще возможно?
Я смотрела на него сверху вниз, но это он давил меня, пугал одним своим существованием.
Потребовались долгие мгновения, чтобы успокоиться, и несколько мысленных ругательств, прежде чем я почувствовала себя достаточно уверенно, чтобы снова вдохнуть.
— Поставь меня, — я беззвучно прошептала это, требовательно хлопая ладонью по окровавленной каштановой макушке Энтони.
Он мягко опустил меня и, заметив мое лицо, произнес:
— Ты лучшая!
Я рассеянно кивнула, а он только шире улыбнулся и указал на экран.
Моя голова по инерции повернулась вбок.
— Я лучшая, — глядя на расплывающиеся буквы своего имени в первой строке рейтинга, повторила я, сама до конца не веря, что вижу это взаправду.
Второе место занимал Энтони.
Мгновение, и экран разделился на две части — в одной осталась таблица прошедших Испытание, в другой появился треугольник, разделенный на три сектора красного, белого и серого цветов.
Мое сердце пропустило удар, когда я нашла свое имя на самой вершине фигуры, в зоне красного сектора Крови.
Система определила меня в боевой сектор академии! В сектор Райса!
Я чувствовала, будто таю: ноги становились тяжелыми, голова легкой. Должно быть, виной тому серьезная кровопотеря после укусов.
Из-за этого состояния я не сразу обратила внимание, что мы — победители — выстроились в две шеренги, трибуны стихли, а перед нами встали генерал Кинг и гребаный Рагнар Хельм. То ли это было помутнение рассудка, то ли глава и правда впился в меня цепким взглядом стервятника, как это было на одном из собраний.
И мне жутко захотелось вырезать его черные хищные глазки.
Я могла бы это сделать прямо сейчас. Отработанным движением достать нож из берца и пустить лезвие в левый… или правый глаз. Только вот оружие не достало бы его, отскочив от бронещита, а меня бы уже расстреляли законники. Поэтому жестокая картина осталась в моем воображении, не обратившись в реальность.
Вскоре Хельм потерял ко мне интерес, безучастно разглядывая наши ряды.
Поздравительные речи генерала и главы звучали сухо. Они явно были недовольны тем, как я переиграла систему на втором этапе. Большинство Тленных избежало схватки с Люминофорами, а расчет наверняка был на кровопролитное зрелище. Однако в правилах Испытания не было условия устранить зараженного. Требовалось только забрать трофей и выбраться из Купола. Бес научил меня быть внимательной к деталям.
Выслушав высокопарные заученные фразы с равнодушной миной, я вышла вперед, когда генерал назвал мою фамилию.
Кинг вручил мне алую повязку и квадратную нашивку. Я отдала ему и Хельму Аниму под оглушительный рев толпы. Одним только чудом я не споткнулась о собственные ноги, когда возвращалась в строй. Моя светло-серая форма уже сплошь окрасилась в бордовый.
Я стойко выдержала всю торжественную часть, пока Кинг не вручил восемнадцать нашивок и повязок. Таким образом, шестнадцать человек не прошли Испытание по тем или иным причинам.
Когда все наконец закончилось, я расслабилась. Мир вокруг начал хаотично кружиться, голова резко потяжелела, а глаза стали непроизвольно слипаться. Я упала в объятия Энтони, после чего он передал меня подоспевшим врачам.
— Черт бы тебя побрал, сучка! — раздалось сбоку. Это Скарлетт выскочила на площадку. Ее озабоченное лицо расплылось перед глазами, когда она бесцеремонно оттолкнула Энтони и помогла врачам усадить меня на землю. — Ты отъехавшая дрянь, которая чуть не устроила мне сердечный приступ, но я все равно тебя обожаю и страшно тобой горжусь, поэтому не смей откинуться, иначе я сама тебя прикончу!
В плечо что-то вкололи, и уплывающее сознание резко вернулось. Или причиной тому стали громкие слова Сайласа, которые услышала, должно быть, вся арена:
— Вы с Рэйвеном действовали, как сиамские близнецы! Я думал, вы просто трахаетесь в подвале, а вы тренировались, чтобы надрать всем зад!
Я вылупилась на него, забыв о боли и слабости, подняла здоровую ногу и сильно пнула его в колено.
— Ай, за что? — воскликнул Сайлас, хватаясь за колено. — Это ты предала наш молочный отряд!
— Так ему! — засмеялась Скарлетт за моей спиной.
— Не дергайтесь, пожалуйста, — попросил врач, обрабатывающий укус на бедре. К счастью, и на плече, и на ноге кожа и мясо остались на месте, болтаясь лоскутами. Выглядело ужасно, зато больше не болело из-за мощного обезболивающего.
— Молочный отряд? — откинувшись на плечо Скарлетт, я непонимающе покосилась на нее. Мой язык заплетался.
— Он так называет нашу первоначальную команду. Сейчас мы в коренном, как ты уже могла догадаться.
Я слабо рассмеялась.