Несмотря на страшную усталость, сон не шел. Теперь мое внимание привлекали разные шорохи и скрипы. Мне начало мерещиться, что на складе кто-то есть, и я вытащила из берца нож.
Так, сжимая в одной ладони медальон, а в другой — холодную рукоятку, я впервые за несколько недель крепко уснула.
***
Наконец мне удалось выспаться.
Правда, тело затекло из-за твердой поверхности и пришлось вставать на час раньше остальных, чтобы успеть незаметно вернуться в казарму. Но это все мелочи.
Поднявшись, я свернула спальное место и убрала в пустую коробку. Обратный путь был чист — все крепко спали. Я быстро приняла душ и высушила волосы в гордом одиночестве, а в казарме застала Скарлетт, сидящую на кровати и уставившуюся в одну точку.
Тихо поздоровавшись, я убирала косметичку в тумбочку. Скарлетт встала и хмуро кивнула на выход.
Мамочка проснулась не в духе.
Как только мы зашли в душевые, она пошла в атаку:
— Что происходит?
— О чем ты?
— Где ты была?
— Ночевала на складе.
Скарлетт сложила руки на груди. Взгляд ее гипнотизирующих синих глаз со стальной непреклонностью ввинчивался в мое лицо, ища малейшие признаки лжи.
— Мы собирались поговорить.
Я прикрыла веки.
— Черт. Скар, прости. Вылетело из головы.
— Нет, Ли, — она обвиняюще шагнула ко мне. — Ты намеренно ушла. Ты всегда так делаешь — избегаешь сложных тем.
Я не знала, что на это ответить.
— Послушай, я вижу, как ты разваливаешься по частям, ты сильно похудела, на тебе уже даже рашгард висит, — Скарлетт оттянула край ткани на моем животе. — Я знаю, что ты не спишь. Вижу, что почти не ешь. И это вижу не только я. Все в отряде спрашивают у меня, что с тобой, а я даже не знаю, что им ответить, ведь ты ничего мне не говоришь! Здесь многим страшно и некомфортно, но, если говорить об этом, становится легче.
К горлу подкатил комок. Слезы еще не текли, но я уже боролась с ними, пытаясь отвлечься на слабое гудение светильника под потолком.
Скарлетт подошла ближе, взяла меня за руки и посадила на выступ душевой кабины, а сама села передо мной на корточки.
— Что такое?
— Скар… Мне плохо, — я громко всхлипнула, — после спарринга с Хельгой я не могу спать… Мне кажется, что она придет ночью и убьет меня. Я боюсь встретить ее в коридоре, в столовой, на территории. Меня постоянно тошнит, поэтому я не могу есть, все постоянно болит. Я чувствую себя такой слабой, — из глаз потекли слезы, сил сдерживаться не осталось.
Скарлетт крепко обняла меня, поглаживая по спине.
— Хельга больше тебя не тронет, слышишь? Я поговорю с ребятами, кто-то из нас будет всегда ходить с тобой, чтобы тебе было спокойнее.
— Нет! — я в ужасе отпрянула. — Только не это! Приставишь ко мне охранников?! Это будет выглядеть жалко!
— Зато ты сможешь нормально жить!
— Нет! И не смей ничего рассказывать ребятам… Даже Пэт!
— Ли…
— Мне нужно справиться с этим самой, — настаивала я.
— Справиться самой — это ночевать в подвале?
— Скар, ночью меня никто сторожить не будет, — голос охрип.
— Хорошо, давай договоримся так, — она заправила мне за ухо выпавшую из косы прядь, — днем я буду по максимуму находиться рядом, ночью ладно, спи в своем подвале.
— Спасибо, что разрешила, мамочка.
— Не язви, я волнуюсь за тебя.
— Прости, — я вытерла глаза и запустила пальцы в волосы, массируя голову. — В последнее время я отвратительная хамка, просто… дай мне пару дней, чтобы прийти в себя.
Из холла послышались разговоры. Скарлетт встала, я принялась умывать красное лицо, чтобы не навлечь лишние вопросы.
— Не закрывайся от меня, ладно? — раздалось совсем рядом.
Я посмотрела на Скарлетт в зеркало и кивнула. Она провела пальцами по моим взлохмаченным волосам и вернула твердый взгляд.
— Ты львица, нечего бояться чертовых гиен.
Еще один кивок. Пришлось изнутри закусить губу, чтобы сдержаться, ведь я не чувствовала себя львицей, скорее жалкой крысой, что в панике забилась в самый темный угол в надежде, что ее никто не найдет.
Глава 34
После того разговора прошло полтора месяца. В академии время бежало стремительными рывками. Командира с его суровой свитой я больше не видела. Видимо, они уехали на очередное задание. Несколько раз в день мы пересекались с Хельгой в столовой. Она смотрела на меня испепеляющим взглядом, а я старалась держаться уверенно.
За шесть недель мне удалось восстановиться: я вернула нормальный вес и подобие мышц, которые растеряла во время жизни в лесу. Все-таки пластилин, которым нас кормили, действительно был сбалансирован по КБЖУ. Когнитивные способности пришли в норму, я больше не чувствовала постоянной усталости и тумана в голове. Появились силы возобновить мои любимые пробежки. В перерывах между тренингами я сбегала в часть леса, не относящуюся к полигону. Там не было ни камер, ни ловушек, только дикая природа — единственное место с подобием свободы, которую мне больше не видать.