— Они могут накапливать магию, а позже высвобождать ее? — спросил я и мои мысли завертелись вихрем, когда я потянулся к камням тонкой нитью своей собственной темной силы. Первый же камень, которого она коснулась, на мгновение ярко вспыхнул, а потом втянул внутрь мои тени, и они закружились под поверхностью в бесконечном танце. Это ощущалось, как моя магия, но в то же время иначе. — Впечатляет, — воскликнул я. — Какое чудесное открытие. Представь, что могла бы сделать пара таких камней, если бы мы научились их использовать.
Мазир бросил на меня удивленный взгляд, сменившийся слегка задумчивой улыбкой. Похвала была вполне заслуженной, а возможности казались безграничными. Эти камни могли накапливать дополнительную энергию для чрезвычайных ситуаций или позволять другим использовать силу, к которой у них самих не было доступа. С этими камнями способность владеть магией больше не была чем-то, что даруется исключительно Всеотцом.
Меня охватил трепет возбуждения. Возможно, эти камни даже таили в себе ответ на вопрос, который я так долго искал и могли стать способом обуздать магию Ино-Мира и обрести больше могущества. В таком случае никто и никогда не мог бы лишить меня силы.
— Хотел бы я, чтобы все считали так же, мой господин, — ответил Мазир, и его лицо заметно помрачнело.
— Просто Белекороз, — рассеянно сказал я, потянувшись магией, чтобы заставить необычный камень повиснуть между нами в воздухе, разглядывая его более внимательно. — К чему формальности между двумя товарищами по ремеслу.
Я выругался, когда из камня без предупреждения вдруг вырвалась теневая волна, едва не выстрелив мне прямо в лицо.
— К сожалению, — усмехнулся Мазир, — я пока не нашел способа контролировать высвобождение энергии после того, как она сохранена внутри камня.
— Хм. — Множество идей пронеслась в моей голове и тут же были отброшены. — Ты пробовал для этого камня огранку способом триллиант? Она должна собирать свет и направлять его внутрь, и если магия следует за этим потоком…
Искра воодушевления зажглась в глазах Мазира.
— С этим определенно стоит поэкспериментировать. Дайте мне минутку, у меня тут есть кое-какие чертежи…
Следующий час мы провели согнувшись, над столом, усыпанным полудюжиной чертежей, которые он извлек из другого сундука. Хоть поначалу талантливый Анима и был немного осторожен, вскоре он уже с уверенностью оспаривал мои самые безумные идеи. Было весьма освежающе обсудить интересную тему с единомышленником. Возможно, Арамаз был прав и мне стоит чаще выходить из своей башни.
— Нет. Нет. Это не сработает, Белекороз. Если свет…
Мы были совершенно поглощены беседой, а шкатулка с лирстоунами так и стояла на столе перед нами открытой, и в итоге мы не заметили появления гостей, пока низкий голос, раздавшийся из-за наших спин, не прервал нас.
— Мазир! Что, по-твоему, ты делаешь?
Шагнув к нам, Мтар заполнил помещение давлением своей мощи. Широкоплечий и мускулистый, Кузнец был одним из самых внушительных и мощных созданий среди моих братьев. Земля под нами, казалось, недовольно заворчала и сдвинулась, так его стихия реагировала на его гнев, сама твердь дрожала в ответ.
— Мастер! — Мазир поспешно вскочил со стула; на его лице читалась тревога. — Мы с лордом Белекорозом просто обсуждали…
— Я вижу. — Холодные золотые глаза Мтара впились в меня, его резкое движение источало неодобрение, когда он поднял со стола свиток. — Разве я не приказал тебе прекратить любые эксперименты с этими камнями? — резко спросил он Мазира. — И сжечь эти чертежи?
— Но почему? — раздраженный упрямой реакцией моего брата Аурея, я вмешался прежде, чем Анима успел ответить. — Ты должен видеть потенциал. Эти камни могли бы многим облегчить жизнь и помочь нам в борьбе с Критаками, позволив Смертным защищать себя самим. Мы не сможем узнать, на что они способны без дальнейших экспериментов.
Мтар уставился на меня с искренним удивлением в глазах.
— Ты бы доверил Смертным такую власть? — Он сделал паузу, издав мрачный смешок. — Но, конечно, доверил бы. У тебя нет ни малейшего понятия о рисках. О последствиях.
Будто я какой-то своенравный ребенок. Напоминание обо всем, в чем меня вечно обвинял Всеотец, заставило меня огрызнуться.
— Мы постоянно используем магию. Ты хочешь отказать в этом Смертным?
Мтар не смягчился, его лицо окаменело.
— Смертные и без магии постоянно грызутся между собой. Ты знаешь, сколько земельных споров твоему брату приходится улаживать каждую луну? Если бы Всеотец хотел наделить Смертных магией, он бы поручил нам этим заняться.
О, ну пожалуйста. Избавьте меня от этого.
— Что ж, — произнес я предельно любезным тоном, — но, видимо, создание этих камней задумал сам Всеотец, так что он наверняка предусмотрел, и то, для чего они могут послужить.
Я был горд своим маленьким аргументом. Однако мой брат Аурея этих чувств не разделял.