» Любовные романы » Любовная фантастика » » Читать онлайн
Страница 22 из 244 Настройки

Однако ее магия оставалась странно смиренной, и она ответила с совершенно безучастным лицом:

— А разве ты когда-нибудь был для меня кем-то другим?

Она махнула на меня рукой. На нас. Это сквозило в ее равнодушном тоне, в том, как она отвернулась, собирая лекарства, напряженно выпрямив спину. Пока я долгие годы держался за хрупкую, невозможную надежду, что мы можем стать чем-то большим, чем досадной ошибкой, большим, чем бледный отсвет в наших судьбах с отчаянными встречами, которые оставляли нас обоих в смятении, — она, наконец, перешагнула через это.

К несчастью, я не смог. Неудивительно — я всегда был упрямым ублюдком.

Машинально я протянул к ней руку, но замер в самый последний миг перед прикосновением, понимая, что она, скорее всего, отвергнет его. Моя ладонь неловко зависла в воздухе между нами.

— Ты мне не враг, — проговорил я хриплым, натянутым голосом. — И никогда им не была.

Это было правдой. Даже в самых глубинах моего безумия, когда я мечтал о том, чтобы предать Лирхейм огню, когда желал утопить весь мир в Хаосе и Тьме, моя жажда разрушения никогда не касалась ее. Я только хотел заставить ее увидеть, что я прав. Что вместе мы сможем построить из пепла нечто стоящее. Что вместе мы обретем величие.

— Это слабое утешение. — Внимание Барадаз снова обратилось ко мне, ее взгляд скользнул по моей протянутой руке. — Из-за того, что я не была твоим врагом, я лишилась всего.

Еще одна правда, еще менее желанная, чем напоминание о моих несбыточных мечтах. Я опустил руку обратно на подушку рядом с собой, охваченный таким глубоким ощущением потери, что оно затмило собой даже самые сокрушительные проигрыши на полях сражений.

— Так вот что произошло? Арамаз дождался победы, а затем объявил тебя предательницей? — обвинение в адрес брата вырвалось само собой. Но ведь именно он был виновен в ее нынешнем положении. Вместе со мной. У меня еще хватало ума не забывать об этом.

В ответ ее губы тронула горькая усмешка.

— Как ты и сказал, война выиграли. В моем присутствии больше не нуждались.

Странный выбор слов. Я ощутил за ними целую историю. Разлад.

— Нет, ты понадобилась им в последний раз. Чтобы покарать меня. — Если я надавлю еще немного, она расскажет то, что я хочу знать.

— Ты пытался уничтожить мир, — Барадаз не повысила голоса, но ее слова звенели льдом. Она бросила притворяться, что занята лекарствами и ее пальцы судорожно сжали бинты, сминая их. — Ты принес гибель бесчисленному количеству существ. На что ты рассчитывал?

Я ошибся. Ей было совсем не все равно. Она злилась на меня точно так же, как и в конце войны, просто сдерживала себя с той самой секунды, как вошла в комнату.

Я был в ее власти. С моей стороны было бы умнее попытаться успокоить ее. Переманивать людей на свою сторону, играть на их тайных желаниях и слабостях ради собственной выгоды — в этом мне никогда не было равных.

Но только не с ней. Все мои уловки исчезали перед лицом ее гнева, как утренний туман под солнцем, а ее презрение лишь раздувало угли моей собственной ярости. Ее предательство безжалостно грызло мое сердце с тех пор, как она выбрала сторону в той войне. И это была не моя сторона. Я огрызнулся.

— Мы обещали, что никогда не будем осуждать друг друга.

Долгое мгновение она смотрела на меня так, как будто удивлялась моей наглости. В гневе она могла уничтожить меня одной мыслью. Она уже делала это.

Однако Барадаз лишь прошипела:

— Ты убил целый отряд солдат у меня на глазах, только для того, чтобы преподать мне урок. — Она вскинула руку с бинтами, словно раздумывая, не сокрушить ли меня прямо сейчас. — Ты такое творил … — ее голос сорвался, было почти невыносимо видеть, как она отчаянно пытается совладать с собой, как все ее тело дрожит от ярости.

Мне не нужно было сюда приходить. Вдали от нее я мог обманывать себя мыслью, что она не ненавидит меня. Отчаянная иллюзия, которая сейчас разлеталась на тысячу осколков. Между нами больше не осталось мостов, их пылающие обломки наполнили воздух едким дымом, от которого я задыхался.

— Мне жаль, — произнес я, скрипя зубами, не зная, что еще сказать. Понимая, что этого мало. Что ничто из сделанного, или сказанного мной, никогда не искупит моей вины.

Барадаз усмехнулась.

— Нет, тебе не жаль. Единственное, чего ты всегда хотел больше всего на свете, — это сделать больно своему брату. Любой ценой. — Ее лицо ожесточилось. — Поздравляю. Хотя бы это у тебя получилось.

— Но я не хотел делать это ценой твоей боли, — возразил я, тщетно пытаясь отыскать слова, способные убедить ее. — Знаю, у тебя нет причин верить мне. Но это правда.

Барадаз долго и пристально изучала меня, и по ее лицу невозможно было понять, поверила она или нет.

— Арамаз сказал мне, что привел тебя к Бездне, чтобы предать суду, — ровным тоном произнесла она. — Как тебе удалось спастись от гибели?