» Любовные романы » Любовная фантастика » » Читать онлайн
Страница 21 из 244 Настройки

— Ты уничтожил земли его народа, развеяв Вампиров по всему Арон-Лиру, не оставив им места, которое они могли бы назвать своим, — произнесла она. — Бездомные изгнанники, вынужденные уповать на милость других королевств. Страшная участь для расы некогда гордых воинов. Я думаю, презрение Шаама вполне оправданно. — Ее глаза впились в меня с тем яростным выражением, которое я видел слишком часто. Она хотела, чтобы я продемонстрировал раскаяние за свои поступки.

Из моей груди вырвался снисходительный смешок.

— Этот дурак заставил своих бесстрашных воинов построить столицу на вершине спящего вулкана. Ты не можешь винить меня за то, что я воспользовался столь блестящей возможностью.

За этот смех и колкость я поплатился резкой болью, пронзившей тело, и повисшим в воздухе тяжелым молчанием. Наше прошлое пропастью повисло между нами.

К моему удивлению, первым этого молчания не вынес я.

— Вампиры были постоянным источником неприятностей, они непрестанно атаковали мои линии снабжения. Это было тактическое решение — исключить их из уравнения. — Я убеждал себя, что не оправдываюсь перед ней. Просто констатирую факты.

Лицо Барадаз оставалось нарочито бесстрастным; она выпрямилась, проигнорировав разочарованное мяуканье кота, когда перестала его гладить.

— А выпустить драконов, чтобы они уничтожили выживших, это тоже было тактическое решение? Охотиться на них, как на зверей, не проявив ни капли милосердия?

О, в ответ на это я мог бы многое сказать. Мог бы выдвинуть множество обвинений против нашей братии Аурея. Возможно, я мог бы даже сделать парочку признаний. О том, как с каждым годом войны я все глубже погружался во тьму, как моя ярость к Шааму и остальным заглушила все остальное, как каждая совершенная ими жестокость вызывала беспощадное возмездие — бесконечная спираль, поглощавшая все вокруг.

Но я видел в ее глазах, в этом пустом, ледяном взгляде, что она уже все для себя решила, уже осудила меня, не дав ни единого шанса рассказать мою правду.

Что ж. Не то чтобы мне требовалось ее прощение. Или чье-либо еще.

— Что с ними стало? — спросил я. — С моими драконами?

До меня доходили слухи, что все они уничтожены. Снова. И все же глубоко в сердце теплилась упрямая надежда. Надежда, что кто-то из этих могучих созданий уцелел, укрывшись в огненных горах и бесплодных пустынях юга.

Барадаз подошла ближе к кровати, поджав губы.

— Королевский Совет счел их слишком опасными, чтобы позволить оставаться на свободе.

Я подозревал это, когда до меня доходили слухи. Но их подтверждение сейчас все равно отозвалось на удивление острой болью. Странно. Разве я не должен был уже привыкнуть к потерям?

— Они уничтожили их, — произнес я, жестко подавляя эмоции. — Всех до единого?

— Да.

— Ты ведь их обожала. Неужели ты даже не попыталась…

Мои пальцы сжали укрывавшее меня одеяло. Это равнодушие было так непохоже на Барадаз. Она и раньше бывала холодна со мной, и после моего первого заточения и, уж конечно, во время войны. Но под этим льдом всегда бушевало пламя, всегда находилась искра гнева, отчаяния или даже ненависти, которую я мог раздуть в бурю парой дерзких слов. Но только не это проклятое равнодушие, лишающее всякого тепла.

— Когда принималось это решение, я уже не входила в Королевский Совет.

— О, мой брат исключил тебя из Совета еще во время войны? — вырвалось у меня. — Лир, Арамаз оказался еще большим глупцом, чем я всегда думал. Ты ведь одна из сильнейших в Синклите Десяти. Потеря твоей поддержки могла стоить ему победы.

— Едва ли можно винить его за то, что он перестал мне доверять. — Барадаз пожала плечами. — Войну он все же выиграл, так что не все его решения были глупыми.

— Он выиграл войну, потому что меня предали. Потому что ты и Мазир обманули меня, — выплюнул я, чувствуя, как внутри закипает ярость. Как может она оставаться настолько чертовски невозмутимой, когда каждое ее слово бередит мои старые раны?

— Наверно, это очень обидно, если даже один из твоих самых преданных последователей посчитал, что ты зашел слишком далеко. — В ее глазах блеснуло холодное удовлетворение. — Он пришел ко мне, чтобы спланировать твое низвержение, ты знал об этом?

О, а я уже успел забыть об этом. Забыть, с какой легкостью мы раним друг друга, зная наши слабости. Мне не хотелось даже думать о том разговоре, который она имела в виду. Разговоре между двумя существами в этом мире, которым я когда-то доверял больше всего и которых сильнее всего ранил во имя своих амбиций.

— Ты хочешь поговорить об ужасных и неотвратимых последствиях войны? — спросил я, и мой голос ожесточился. Нападение всегда было моей лучшей защитой. Даже в общении с ней. Может быть, особенно с ней.

Оставаясь невозмутимой, Барадаз начала готовить свежие бинты на столе возле меня.

— Печальная необходимость войны заключается в том, чтобы не проявлять милосердия к врагам, — произнесла она.

— Значит, ты считаешь меня своим врагом? — огрызнулся я, почти ожидая, что ее сила вспыхнет в ответ на сознательную провокацию.