— Это одно из моих любимых мест в особняке.
— Тогда я бы с удовольствием пошел туда — может, мне взять свою сумку?
— Нет, оставь ее здесь. Мы можем забрать ее позже.
Хантер, Джона и я последовали за Милой в лаундж-беседку, которая оказалась террасой на крыше с двумя двуспальными шезлонгами, телескопом и обогревателями для холодных ночей.
— Иногда мы с братьями и сестрами спим здесь, наверху. — Мила подошла к шезлонгам с толстыми синими подушками. — Они регулируются, и их можно откинуть до упора. Это лучший способ наблюдать за звездами. Попробуйте.
Джона подчинился и лег на тот шезлонг, рядом с которым стояла Мила.
— Это мило.
— Я знаю, правда? Подвинься.
Поскольку Мила и Джона заняли первый шезлонг, мы с Хантером заняли второй.
— Подождите. — Мила выдвинула большой ящик рядом с шезлонгами. — У нас есть одеяла.
Она была достаточно близко, чтобы я могла дотянуться до того, что она протянула мне.
— Спасибо.
— Хантер, под твоим, если хочешь, есть еще.
— Нет, я не против.
— Хорошо, но, по крайней мере, позволь мне включить обогреватели. Сегодня холодно.
— Как ты откидываешь эту штуку? — Хантер вертел ее в руках, пытаясь понять, что это такое.
— Вон там, сбоку, есть ручка.
— А, понял.
Мы лежали плечом к плечу, распластавшись на спине, когда Хантер начал указывать на разные звездные созвездия.
Джона поднял голову и посмотрел на него.
— Откуда ты так много знаешь о звездах?
— Это часть лагеря выживания, который является обязательной частью школьной программы
Джона снова обратил свое внимание на Милу.
— Значит ли это, что ты тоже умеешь ориентироваться, глядя на звезды?
— Я знаю немного, но я далеко не так хороша, как Хантер. Я думаю, мальчики многому научились еще до того, как мы познакомились с ними в школе.
Я расплылась в улыбке.
— Я начинаю понимать, что, если когда-нибудь случится стихийное бедствие, я останусь с тобой, Хантер. У тебя хорошо получается разводить костер, и теперь я знаю, что ты можешь найти дорогу по звездам.
— Не забывай, что я также умею охотиться. Иногда мне хочется, чтобы случилось что-нибудь драматическое, что заставило бы жительниц Родины прибежать к нам с мольбами о помощи.
Джона возразил:
— Мы не совсем беспомощны, ты же знаешь. Я тоже могу развести огонь.
— Да, но ты нетипичен для жителей Родины. И это комплимент.
— Я не уверен насчет этого, Хантер. Может быть, это просто твое представление о том, каким должен быть житель Родины, и его нужно немного скорректировать. Мы развиваемся, как и вы.
Хантер посмотрел на него скептически.
— Ты считаешь, что мужчины на Родине в целом стараются быть более мужественными?
— Да, я бы так сказал, и я прекрасно осознаю, что являюсь примером для подражания для других мужчин, особенно для молодого поколения.
— Конечно, ты настоящий образец мужественности для подражания. — В голосе Хантера зазвучали нотки юмора.
— Да, образец современной мужественности.
Заговорила Мила.
— Думаю, мы наблюдаем здесь то же самое.
Хантер фыркнул.
— Что? Современную мужественность?
Мила поспешила ответить.
— Ты думаешь, что это шутка, Хантер, но это не так. Существует большая разница между тем, как поколение моего отца и ваше поколение ведут себя как мужчины. Вы общались с женщинами гораздо чаще, чем они в вашем возрасте. Вы не так тверды в своих взглядах, как они.
— И это хорошо?
Мила посмотрела на Хантера.
— Конечно, это хорошо.
Хантер застонал, и я повернулась, чтобы спросить:
— Ты не согласен?
— Я не знаю. Возможно, мы, молодые мужчины, в чем-то более гибки, но все равно есть огромная разница между мужчиной, родившимся на Родине, и мужчиной, родившимся здесь.
Мила прищелкнула языком.
— Я никогда не говорила, что это не так.
— Например, сегодня вечером, когда мы говорили о сексе с женщинами, ты молчал, Джона. И мне жаль, но для меня мужественность во многом связана с влечением к женщинам.
— Что за чушь собачья.
Мой взгляд метнулся к Миле, так как я впервые услышала от нее ругательство.
— Если бы это было правдой, то все мужчины-гомосексуалисты были бы женственными, а это не так. На самом деле, некоторые из самых свирепых солдат моего отца геи.
— Ладно, справедливо подмечено. Но, по крайней мере, они интересуются сексом. Мужчины на Родине, как правило, таким мало интересуются.
— И это говорит мужчина, который ходил в секс-клуб с моим братом. Честно, Хантер, ты вообще себя слышишь?
Хантер приподнялся на локтях.
— Ладно, скажи мне вот что, Джона, что ты думаешь о нашем разговоре у костра? Ты мечтаешь о жене и создании собственной семьи?
Джона помолчал несколько секунд, прежде чем ответить:
— Я никогда об этом не задумывался.
— Даже о сексе?