— Можешь лечь на кровать, если хочешь. Я посплю здесь, — наконец тихо пробормотал он, проведя рукой по затылку. — Утром мы сможем ещё поговорить об этом.
Опираясь на подлокотник, я поднялась и сложила плед, перекинув его через спинку дивана. Меньше всего мне хотелось оставаться там, где мне не рады, а именно так всё сейчас и выглядело.
— Не переживай. Я позвоню Лив, и она меня заберёт, — сказала я, потянувшись за телефоном. Палец завис над кнопкой вызова, я ждала, что он меня остановит, но этого не произошло.
Он один раз кивнул и быстро вышел из гостиной. Я дождалась, пока его шаги стихнут и я поняла, что он ушёл, а затем позвонила Лив. Она ответила после первого гудка и сказала, что накинет обувь и приедет так быстро, как только сможет.
Беккет больше не появлялся. Даже когда я позвала его по имени и сказала, что ухожу. Лив встретила меня грустной понимающей улыбкой, когда я села в её машину. Всю дорогу мы молчали, и я была ей благодарна за это. Мне хватило разговоров на всю оставшуюся жизнь.
Я гордилась собой за то, что сумела держать себя в руках. Было бы так легко позволить Беккету увлечь меня красивой фантазией о том, что мы можем жить одной большой счастливой семьёй, но я не могла себе этого позволить. И не собиралась. И без того будет достаточно тяжело, когда он поймёт, что барменша с ребёнком совсем не вписывается в ту жизнь, которой он хочет. Когда закончит свои дела, он уедет из Пайнкреста, оставив позади и меня.
К тому времени, когда Лив высадила меня у дома, бабушка уже спала. Я побрела внутрь, чувствуя тяжесть во всём теле, и старалась не встречаться взглядом с собственным отражением, пока чистила зубы и готовилась ко сну. И только когда я забралась под одеяло в полной темноте, из моей груди вырвался приглушённый, душераздирающий всхлип. Он был очень похож на самое большое сожаление в моей жизни.
17. Беккет
Дата: вторник, 2 марта
Список дел:
• Пополнить запасы алкоголя в баре
• Позвонить Татум (она знает, что делать)
Прошло несколько дней с тех пор, как я смотрел, как Сойер покидает мою хижину. Несколько дней я сидел в полном затворничестве со своим любимым бурбоном, устроив самую жалкую вечеринку самосожаления на свете. Каждый раз, когда телефон вибрировал, я бросался смотреть на экран. И каждый раз сбрасывал вызов, если видел не то имя, которое так хотел увидеть. Я ответил на следующий звонок сестры только после того, как она пригрозила вызвать кого-нибудь проверить, всё ли со мной в порядке. Даже если мне не хотелось ни с кем разговаривать, Татум была единственным человеком, к которому я мог обратиться. Она могла отпустить пару шуточек за мой счёт, но при этом была моей лучшей подругой. Если я не мог поговорить с ней, то с кем вообще мог?
Одного взгляда на моё лицо ей хватило, чтобы понять: что-то не так.
— Где ты пропадал? — воскликнула Татум, бросив палитру на стол рядом с мольбертом. — Я уже несколько дней пытаюсь до тебя дозвониться. Думала, тебя утащили в лес или что-то в этом роде. — Она повернулась на стуле, придвинувшись поближе к телефону. — Господи, да ты выглядишь ужасно. Что с тобой случилось?
Я не смотрелся в зеркало уже пару дней, но не сомневался, что её оценка справедлива.
— Помнишь девушку, о которой я тебе рассказывал? Ту, с которой познакомился на окружной ярмарке?
Татум кивнула, а я с трудом сглотнул. Впервые я произносил это вслух.
— Так вот, она беременна.
— Повтори-ка, — сказала Татум, уставившись в камеру так, словно у меня выросла вторая голова. — Кажется, я не расслышала.
Я выдохнул и провёл рукой по подбородку. Щетина кололась под пальцами.
— Нет, ты всё прекрасно расслышала.
Татум моргнула, и на мгновение мне показалось, что она зависла.
— И ты только сейчас об этом узнал? — спросила она, нахмурив брови. — Это же было несколько месяцев назад.
— Ага, — вздохнул я, глядя на хрустальный стакан с толстым дном в своей руке. Я даже не особо любил скотч, но первая порция пошла неожиданно легко, а бурбон у меня закончился. Не успел я опомниться, как налил двойную порцию.
Татум склонила голову набок и поднесла к губам большой палец, испачканный краской. Моя сестра не могла усидеть на месте даже ради спасения собственной жизни, особенно когда о чём-то размышляла. Некоторые из её лучших идей рождались, когда она нервно расхаживала по моей гостиной, бурно рассуждая о задумке для очередного проекта, которую никак не могла довести до ума.
— Она объяснила, почему только сейчас решила выложить все карты на стол?