Пуля попала часовому в голову, снесла большую её часть, повалив его набок. Ни один осколок не задел дверь. Даже Диас не могла поверить, что убила его так чисто.
— Отлично, — сказал капитан. — Один готов.
— Ждите, — сказала она, слыша голоса братьев, как всегда, когда пыталась прицелиться:
«Давай, малявка, стреляй! Спорим, промажешь!»
Не думаю, Карлос.
«Она не попадёт».
Смотри, Томас. Просто смотри.
Второй часовой пошевелился и теперь поднял голову. У Диас было мало времени. Она проверила показания в HUD, скорректировала прицел и нашла голову часового.
Братья теперь кричали.
И пуля сорвалась с её винтовки.
Часовой присоединился к своему товарищу, проливая кровь на снег, умирая молча.
— Последний, — сказал капитан.
— Вижу его, — ответила Диас.
— Браун, Рамирес, приготовьтесь к движению, — предупредил капитан.
«Этого она не возьмёт», — сказал Карлос.
«Может быть, — сказал Томас. — Но пока не промахнулась ни разу!»
Порыв ветра пронёсся над горой, взметнув снег перед глазами Диас. Она выругалась и поправила позицию.
Частицы льда налипли на прицел. Она выдернула из кармана микрофибровую салфетку, быстро протёрла линзу и снова заняла позицию.
— Диас, чего ты ждёшь? — окликнул капитан. — Давай же.
— Порыв ветра. Ждите.
Она едва могла удержать винтовку неподвижно. Снег хлестал по щеке, губы саднило и потрескалось от холода.
Налетел новый порыв, и часового растрясло, он проснулся. Поднялся, зевнул, потянулся, вскинув руки, затем наклонился вперёд, глянул на соседний дом — и заметил там в снегу мёртвого товарища.
Диас взяла его на прицел, стиснула зубы и, заставив себя обратиться в чистую сталь — неподвижная, монолитная вопреки порывам ветра, — нажала на спуск.
ДЕСЯТЬ
СЕВЕРО-ЗАПАДНЫЙ ВАЗИРИСТАН
ГРАНИЦА АФГАНИСТАНА И ПАКИСТАНА
ЯНВАРЬ 2009 ГОДА
Штаб-сержант Хосе «Джо» Рамирес держал на прицеле последнего часового, чья голова дёрнулась назад, когда тот повалился в снег. Последним, что пронеслось в голове часового, было нечто длиной 7,62 мм и весом 21,8 грамма, и Рамирес недоверчиво присвистнул от точности выстрела Диас.
Капитан Митчелл отрывисто отдал приказ выдвигаться, и Рамирес с сержантом Маркусом Брауном вскочили из снега, будто оттаявшие зомби, и бросились к домам.
Бежать было приятно. Какое-то время Рамиресу казалось, что его ноги — да и ещё кое-что поважнее — вот-вот замёрзнут и отвалятся.
Они добрались до двери самого дальнего дома, и Рамирес оттащил в сторону то, что осталось от тела часового, чтобы они с Брауном могли занять позиции по обе стороны покосившейся деревянной двери.
Капитан Митчелл должен был присоединиться к ним через минуту, пока Диас пробиралась по глубокому снегу к своей второй позиции.
Дома стояли всего в четырёх метрах друг от друга, так что подними они серьёзный шум — и талибы из соседнего дома точно вышли бы посмотреть, или хотя бы принялись строчить жалобы в свой домовой комитет на шумных соседей, палящих из всех стволов. Именно эта часть работы «Призраком» и раздражала Рамиреса. Если бы они могли просто взорвать два других дома, одновременно штурмуя последний, им пришлось бы разбираться только с четырьмя плохими парнями. Но большинство по-настоящему весёлой взрывчатки бывает довольно шумным, а группе полагалось проникать на объект и уходить, не привлекая внимания. Если бы они могли сменить название на «Большие Громкие Отморозки», это разбудило бы пиромана в каждом оперативнике. Он даже подкидывал эту идею паре коллег, которые улыбались, говорили, что название им нравится, и называли его дураком.
Мальчишкой, выросшим на улицах Норт-Голливуда, Калифорния, у него была масса возможностей влипнуть в неприятности и развить вкус к тому, чтобы что-нибудь взрывать.
Но вышло иначе. Совсем иначе. Его родители иммигрировали из Мексики и крепко держались старых обычаев. Он не мог найти общий язык ни с ними, ни с уличными пацанами. Так что он замкнулся в себе, увлёкся любительским радио и разговаривал с людьми со всего мира.
В старшей школе он расцвёл на бескрайних просторах набирающего популярность интернета, но социальных навыков для близкой дружбы ему не хватало. К выпускному он уже был частью хакерского сообщества, что, ну, привело его к небольшим неприятностям. Сначала по мелочи, но его «скиллы» вскоре впутали его в дело о краже личных данных, из-за которого он оказался лицом к лицу с детективом Норт-Голливуда мисс Робертой Перес — та взяла над ним шефство, вытащила из-под серьёзных обвинений и предложила пойти в армию, пока он не натворил чего похуже.
Брат Перес, Энрике, служил в армии, и он побеседовал с Рамиресом, объяснив, что военная служба — не только для тех, кто не смог найти себя в обществе, как думал Рамирес.