Но, похоже, объявив о свадьбе с истинной, я открыл коробку с пауками: истинная сбежала. Из газет так сразу и не поймешь, была она или нет (вдруг не было?), зато слова “герцог Седрик Мэлори”, “свадьба” и “сорвалась” всколыхнули в сердцах девиц и их матушек матримониальные надежды. Ясно из этого было одно: теоретически я готов жениться. А значит, можно объявить на меня охоту.

И ни Кэти, ни туманная “истинная”, ни пересуды не были проблемой: любые преграды мельчали на фоне того, какая внушительная сумма денег лежала на моих счетах.

Мне бы даже хотелось поверить в искренность чьих-то чувств, но, увы: я все-таки не был дураком. 

Очень хотелось стать дураком в тот вечер, когда я в первый раз увидел Элис. Может, даже влюбиться. 

Даже после того, как я узнал, кто она такая и чем занимается.

Я думал… Ладно. В задницу собачью все, я не был идиотом и отлично понимал, что в бордель идут не от хорошей жизни.

В ту ночь я оставил Элис деньги. Много, действительно приличную сумму, вдобавок к тому, что бросил на покрывало как “оплату” — за то, чего между нами все равно не было. Суммы, на которую я выписал ей чек, хватило бы на довольно безбедную и довольно долгую жизнь. 

Но судьба сыграла со мной злую шутку — и позже я узнал, что Элис оказалась моей истинной. Даже получив от меня деньги, она продолжала оставаться в борделе. Моя истинная. Уже по своей воле. Ее никто не держал, артефактов-уз на ней не было, цепей тоже.

Я ненавидел ее за это. За то, что не смогу никуда деться ни от нее, ни от своей беспомощной завороженности, которая разливается по телу, стоит Элис оказаться рядом. 

В тот вечер, в последний, перед тем, как она сбежала, все стало только хуже. В Элис что-то неуловимо изменилось — и я, кажется, пропал совсем. 

— Ах, лорд Мэлори, — вздохнула леди Вилкинс. — Как вы себя чувствуете после произошедшего? Должно быть, сейчас вам, как никогда, нужен друг?  

Мне как никогда нужна моя истинная, чтобы я мог… 

Я осекся, понятия не имея, как продолжить собственную мысль. 

Необходимо найти Элис. 

И точка.

***

В парке Рольфа не оказалось. За ночь я успел обойти еще несколько столичных притонов: деньги легко развязывали тамошним обитателям язык, мне пытались вручить с десяток темноволосых мальчишек, но самого Рольфа найти так и не удалось.

С последним притоном я закончил уже на рассвете. Выбравшись на улицу из грубо сколоченной хижины, я приложил пальцы к виску.

— Мы ищем, — тут же прозвучал в голове его голос начальника охраны.

Я скрипнул зубами и заставил себя успокоиться.  

— Не то, что я хотел бы услышать. Где она?

— Никаких новостей, — после паузы откликнулся он. — Близко ни с кем не общалась, подруг — не было, кто родители — неизвестно. Двое детей, мальчик и девочка. Из города сегодня не выезжала.

Я сжал зубы. 

— Не может быть, чтобы она просто исчезла — и никто ничего не знал. Поговорите с каждой девушкой, найдите клиентов, приведите в чувство хозяйку — ее можете даже пытать.   

Начальник охраны помолчал.

— Говорят, дружила она с одной из девочек, Руби. Но та сбежала — и ищи ее. 

И эта сбежала? Что еще за новости? Какой странное совпадение. Зубы сжались от злости.

Если кто-то посмел обидеть Элис… Смерть для них не будет легкой и быстрой. 

— Ну так ищите. 

— Ищем. И еще… Лорд Мэлори…

— Быстрее. 

— Может, слухи, не хотел раньше времени докладывать… Удостовериться бы. Говорят ведь, у страха глаза — больше солнца, — замялся начальник охраны. 

— Ну?

— Говорят, видели в зале в ту ночь кучера в ливрее с гербом Рихтеров. Может, совпадение…

— А может и нет, — хмыкнул я. — Спасибо, Грег. Ищите дальше. 

Кэти. Кэти Рихтер. 

Я ухмыльнулся, разминая шею. Неужели ты, дорогая моя, причастна к исчезновению Элис?

Хорошие новости для меня — и плохие для тебя. 

Злости и желания найти Элис внутри было так много, что сдерживать дракона внутри становилось почти невозможно. Хотелось обернуться — и лететь к ней. Причем меня-дракона не волновало, что я понятия не имел, куда нужно лететь. 

Магия внутри клубилась, мышцы и кости сводило от боли, как бывало всегда, когда она, слишком могущественная для одного тела, не находила выхода. 

Элис-Элис-Элис…

Как ты посмела сбежать?

Зарычав и позволив дракону выглянуть наружу, я впечатал кулак в пустую ранним утром брусчатую дорогу. Магия вспыхнула, все вокруг затопил свет — и запястье вдруг сдавило. Метка, обычно неподвижная, сейчас будто пришла в движение, перетекала и сжималась, как живая.

В этот момент я вдруг ясно увидел Элис.

13.1

Элис 

Не в силах сказать ни слова, я смотрела на запястье, по которому, как змея, полз оживший узор метки. 

Кожа горела, меня потряхивало, стоило закрыть глаза — и я ясно могла увидеть перед собой морду дракона, утопающего в огне. 

Зажав рот рукой, чтобы не вскрикнуть и не напугать детей, я скатилась с печи и бросилась к окну. Снаружи уже рассвело, дом Миры был залит тусклым серым светом, и списывать ощущения в руке на “привиделось со сна” уже не получалось. Метка… в самом деле ожила.