Осмотр фонтана не занял у Лероя много времени. Типичное для небольших городов изваяние — писающий мальчик с едва журчащей струйкой.

— Пошлятина, — восхищенно произнес Морган, глядя на облезлую фигуру.

— Откуда в стенах академии такая статуя? — поинтересовался Лерой.

Кажется, в годы учебы он тоже задавался этим вопросом, но недолго.

— Когда-то я выкупил земли у города и присоединил к академии, — пояснил ректор. — Фонтан вполне сносный, и есть куда макнуть разгоряченные головы.

Лерой принялся искать дальше, все расширяя площадь осмотра. Моргану было скучно в одиночестве, поэтому он все время находился рядом. Лорд направился к зарослям, которых вокруг было множество. Старая часть парка выглядела уныло, бросались в глаза бесформенные кусты и совершенно неполотые клумбы с торчащими обломками бордюра. Видневшаяся каменная стена заставила Ричарда остановиться.

— Я прав, там кладбище?

— Все так, Лерой. Наше академическое, — подтвердил ректор и задумчиво посмотрел в ту сторону. — И я там лежу, но…

— Что-то не так?! — Дракон заметил недовольство, промелькнувшее на лице бывшего ректора.

— Возмутительно! Ну ничего эти первокурсники не боятся! Целуются прямо у моей могилы!

Действительно, возмутительно. Как посмели делать это днем, а не ночью, когда студенты-некроманты предпринимают вылазки на кладбище, стремясь друг другу что-то доказать? Уголки губ Ричарда насмешливо дернулись, но маг быстро придал лицу суровое выражение. Ректор же стремительно двинулся по направлению к стене, а затем просочился через нее, совершенно не прячась. Через несколько секунд послышался девичий визг и нарочито мерзкий хохот Моргана, довольного удавшейся проделкой.

Дракон же двинулся дальше, внимательно смотря под ноги. Примятая кое-где трава выглядела крайне подозрительной, а уж насколько не понравился ему вид перекопанной свежей земли, присыпанной листьями! И все это прямо под каменной стеной в заросшем крапивой кустарнике.

Ричард повертел головой в надежде увидеть хоть какое-то орудие для копки, и оно нашлось неподалеку. Из травы торчала старая поржавевшая лопата с обломанным черенком.

— Что нашел? — поинтересовался вернувшийся Морган.

— Подозреваю, здесь что-то спрятано. Вы можете нырнуть под землю, чтобы убедиться, стоит ли копать? — поинтересовался дракон, отчего-то уверенный, что ректор откажет.

— Нет, — покачал головой призрак. — На стену наложено заклятие, чтобы никто из юных дарований чего-нибудь не учудил, ведь за ней кладбище. Магический фон сильно мешает.

— Тогда придется взяться за лопату, — пожал плечами Лерой и потянулся к обломанному черенку.

К слову, никаких магических следов на ней не было, чему дракон даже не удивился: земля и глина, прилипшие к ржавчине, давно высохли. А вот подозрительное бурое пятно заставило отдернуть руку.

— Ректор Морган, будьте добры, вызовите ректора Портера. И пусть прихватит какое-нибудь покрывало, оно нам точно пригодится.

— Уверен, Лерой?

— Более чем, — кивнул дракон и ткнул пальцем в засохшую кровь.

Спустя несколько минут Питер Портер, хмурый и сосредоточенный, копал землю, а дракон присматривался, не попадется ли на глаза что-нибудь еще. Увы, но острый нос некогда желтых туфелек первым показался на свет, а дальше пришлось разгребать руками. И без использования магии земли, ведь неизвестно, какими заклинаниями обложили погибшую.

— Как чувствовал, что без полиции не обойдется! — прошептал действующий ректор.

— Таковы правила, — пожал плечами дракон и присел перед девушкой. — Это точно Илона Краус?

— Она, — подтвердил Портер. — У меня хорошая память на лица.

Инквизитор рассматривал худую девицу, и ее внешность дракона очень настораживала. Даже в полумраке деревьев была заметна бледность кожи девушки и неестественный синюшный оттенок.

— Скорее всего, тело обескровлено, — заметил Рич.

— Только этого мне и не хватало, — буркнул Портер, осматривая погибшую. — Не задушена, позвонки вроде бы целы. Жаль, что нельзя прямо сейчас получить вывод патологоанатома.

— Зато потом мы сможем увидеть все бумаги, а заодно отчет от некроманта, — добавил Морган.

— Хорошо, если с некромантом повезет, — вставил свое слово дракон. У него обострились все чувства, а так всегда бывало, когда в преступлении участвовала нечисть.

Лерой поднялся на ноги и принялся осматривать траву и кустарник, пока не прибыла полиция и не затоптала все вокруг.

— Угу, — буркнул Портер.

Все прекрасно понимали, что некоторые черные специалисты способны уничтожить мозг, и тогда работать становится не с чем.

И чем дольше дракон находился здесь, тем сильнее опасался за Кэтрин, влипающую в неприятности по любому поводу. Ни одна фамилия не звучала из уст ректора чаще, чем Бренд.

Дракон еще раз убедился, что маячок на любимой — это благо, как бы там ни думали остальные.