— Неужели они и сейчас продолжают убивать? — удивился я. Ведь все-таки надеялся, что живу в цивилизованном государстве, где правят законы. И, как я уже успел выяснить, нет ни одного закона, который бы разрешал самосуд.

— Не так открыто, как прежде, но убивают. Еще в прошлом месяце в Петербурге прямо в Мойке утопили мага, который управлял водной стихией. Его поймали, когда он упражнялся в создании волн. Связали руки, повесили камень на шею и на глазах прохожих сбросили с моста. Никто не осмелился его спасти, чтобы не навлечь беду на себя.

— Что стало с теми, кто это сделал?

— Не знаю, но предполагаю, что никакой ответственности они не понесли. Власти сквозь пальцы смотрят на преступления, связанные с гонениями магов. Даже влиятельные семьи, в которых рождаются маги, вынуждены скрывать это.

— Неужели не найдется тот, кто остановит все это безумие? — возмутился я.

— Боюсь, что таких смельчаков не сыскать. Орден Истинного самый многочисленный, а архимонах обладает огромной властью и входит в круг людей, близких к императорской семье.

— Император не понимает, что, избавляясь от магов, он делает хуже своему государству? Ведь мы обладаем той силой, которая недоступна обычным людям.

— Все он понимает, но страх перед магами гораздо сильнее. Ни один власть имущий не хочет потерять… Эй, осторожнее!

Мимо нас с огромной скоростью проскакал всадник в черном одеянии. Он мчался во весь опор по многолюдной улице, перескакивая через повозки, стегая плетью прохожих и злобно крича:

— Проваливайте! Пшел вон, тюхля! Фью-фью-фьють!

— Ну и болван, — буркнул Анатолий Ренатович, подобрал упавшую шляпу и стряхнул пыль, осевшую на его клетчатые брюки. — Стоило только всем прознать, что болезнь отступила, как горячий горный народец вновь показывает свою удаль.

— Горный народ? — заинтересовался я.

— Да, кавдары. Горные люди. Оно и понятно, всю жизнь воевали за лучшие земли, но теперь они владеют лишь небольшим участком у подножья гор. Большего им власть не дала.

— Что значит «владеют»? Эта земля полностью принадлежит им, и они ни за что не платят? — я вытащил из корзинки сочную сливу и откусил. Сладкий сок и нежная мякоть наполнили рот.

— Так и есть. Но даже этого кусочка они добились большими жертвами. Зато теперь живут припеваючи и не перед кем не отчитываются.

Мы вновь двинулись по улице, выискивая подарки для своих близких. Анатолий Ренатович купил Вере тапочки с загнутым вверх носом и красивой вышивкой, а я нашел для Полины бусы из горного хрусталя и набор шелковых носовых платков с местным орнаментом.

— Во сколько мы вылетаем? — спросил я у лекаря, расплачиваясь за две кружки прохладного кваса.

— В восемь вечера. Надеюсь, Яров не задержится, а то любит он в гостях засиживаться, — усмехнулся он и большим глотком отпил сладковатый квас.

Мы сидели на скамье под тенью деревьев и наслаждались копченой рыбкой-барабулькой с квасом.

— Эх, хорошо. В будущем году привезу сюда Веру на целый месяц. Пусть отдохнет. Правда, до моря далековато, но это ничего — она все равно плавать не умеет.

— Расскажите мне про тот народ — кавдары, — попросил я, бросив голову барабульки.

— Что ты хочешь узнать?

— То есть они живут сами по себе и не подчиняются власти, так?

— Да. У них свой старейшина. И законы свои. Их считают дикарями, но я думаю, что они просто очень смелые и свободолюбивые, именно поэтому не хотят жить по чужим законам и подчиняться императорскому роду. Старейшин они выбирают сами. Как правило, ими становятся самые умные и сильные.

— Как же император допустил, что на территории его государства живут те, кто его не признает? — удивился я.

— Кавдарам это стоило многих лет борьбы и тысяч погибших.

Вдруг вдали снова послышались крики и быстрый цокот копыт. Мужчина в черном ехал обратно, по-прежнему расчищая себе путь плетью и грозными возгласами.

Я поднялся со скамьи и подошел к дороге. Мне стало очень интересно посмотреть на него вблизи. Когда лошадь пробегала мимо, я встретился взглядом с молодым мужчиной с невероятно голубыми глазами под черными бровями. От него исходила магическая аура, свойственная только магам. Хм, а это уже интересно.

***

К счастью, Яров не опоздал. После ужина мы собрали вещи, академик вышел на улицу ловить извозчика, а я подошел к Агафье.

— В том, что болезнь отступила, самую большую роль сыграла Катенька. Именно она показала мне растение, из-за которого все произошло. Никто об этом даже подумать не мог.

— Спасибо за то, что вы ей доверились. Никто другой ее бы даже слушать не стал, — вполголоса проговорила женщина и с благодарностью посмотрела на меня. — Катя знала, что вы должны приехать, и очень ждала вас.

— Она — провидица. У нее сильный дар. Я бы хотел сохранить с вами отношения. Буду писать иногда, а вы мне отвечайте. Договорились?

— Конечно. Катенька будет рада, ведь все эти дни только о вас говорит.