Три минуты под шквальными ментальными плетениями… Бой обещал быть жестоким, но отступать некуда. Я должна выстоять и… не выдать своих настоящих способностей. Ведь на самом деле мой Дар намного мощнее, чем указано в официальных документах.

Не Аметистовый клинок, а истинный Тёмный. На всю империю только два мага с такой Искрой: я… и Змей.

— Тэсс, чтоб ты понимала, билеты на ваш бой раскупили за считанные минуты! На безумцев-адептов придут посмотреть даже ректор Рубина и командир городской стражи! — на одном дыхании выпалил Лойгер. — Аметист тоже гудит, адепты и преподаватели пытаются выкупить стоячие места и уговорить организаторов пустить зрителей даже на крышу.

Да уж, пересдали по-тихому…

— Я никому не сказал, что вы принесли жетоны, — продолжил Лойгер, — все считают, что вы бросили вызов на кураже от собственных успехов. Пусть пока так и будет. Но… в Бездну! Я в вас верю! — с чувством воскликнул магистр. — Вспомните всё, чему я вас учил, и покажите, на что способен Железный факультет!

ГЛАВА 4: Шёпот Тьмы

Незадолго до боя

Летающая платформа скользила по ночному небу, и с каждой секундой странное предчувствие, возникшее ещё в академии, становилось всё сильнее. Пока я не понимала, как его трактовать.

Загадочные сны, изводившие меня перед поступлением в Аметист, а затем пропавшие на долгие годы, неожиданно вернулись, став ещё ярче. Теперь они просачивались даже в глубокую медитацию и это было очень плохо.

Магия Тёмного Клинка в равной степени объединяла в себе два Дара: некромантский и ментальный. А Сила последнего напрямую зависела от душевного равновесия мага. Перед боем мы с Тианой собирались помедитировать, но стоило мне войти в транс, как туман астрала сменился беспросветной Тьмой и я услышала женский голос…

Грудной, низкий, словно сотканный из рокота горной реки и раскатов летней грозы. Он звал меня, манил, пытаясь увести за собой. Обещал подарить Истинную Силу и открыть древние тайны, узнать которые позволено лишь избранным.

Я не чувствовала от женщины зла, но оно затаилось в том, кто шёл по её следам. Я ощущала его силу и ярость, полную первозданной ненависти и Тьмы…

— Подлетаем! — голос Лойгера вырвал из странных размышлений.

Магистру не понравился ажиотаж, вызванный боем, поэтому на арену полетели на его личной платформе. А за три часа до этого он прислал нам подробный разбор любимых тактик четвёрки Рейвен Вэйс. Мы внимательно ознакомились со списком заклинаний, которых нужно особенно опасаться, и запомнили рекомендации, как избежать ловушек.

План, предложенный Лойгером, во многом совпадал с нашим собственным. Глухая оборона, железная дисциплина, никакого лихачества и попыток перейти в наступление. У нас нет шансов победить, но если выложимся на полную, сможем продержаться заветный раунд.

— Повторяю: бойтесь ментального шторма! — уже в который раз напоминал Лойгер. — Ни при каких обстоятельствах не пытайтесь отразить его! Это невозможно. Рейвен сумела изменить старое плетение. Никто до сих пор не понимает, как такое возможно, но её шторм — чистый поток энергии Хаоса. Неуправляемый и дикий. Вэйс единственная, кто может направлять его в нужное русло, обрушивая на врагов. Но даже она не может приказывать ему, — пояснил магистр, — если попытаетесь перехватить управление — вас целители будут отскребать от купола!

Мы молча кивнули.

Технически шторм не относился к плетениям высшего разряда, но оказалось, что в случае с Рейвен любое заклинание могло сработать на поражение. В арсенале Вэйс имелись только уникальные заклинания. Личные наработки, созданные с учётом её Дара и позволяющие использовать Искру в полную мощь.

— Рейвен не просто лучшая, она по праву единственная и неповторимая, — магистр неожиданно запнулся и помрачнел, — и ещё одно: не смотрите на её шрамы и не пытайтесь использовать эмпатические плетения страха или болевые фантомы. После того, что Вэйс пережила, когда сама была адепткой, это бесполезно.

Повисла напряжённая тишина.

Биография Рейвен и других Лилий засекречены, но я слышала, что в результате несчастного случая Вэйс долгое время была полностью парализована, а когда целители совершили невозможное и она пошла на поправку, магесса заново училась ходить и пользоваться Даром.

Поговаривали, что она и сейчас двигалась с помощью магии, управляя собственным телом, как марионеткой.

— План все помнят? — уточнил магистр, когда платформа пошла на снижение.

— Да, — глухо ответила, закрыв глаза и настраиваясь на бой.

Три минуты… и четыре жизни на кону. Даже шесть. Я знала наверняка, что в случае поражения Марио и Ви не отступят и поедут в Крэволл вместе с нами.

Глубокий вдох… Темнота перед глазами поменяла оттенок, став неожиданно глубже, а затем я провалилась в омут астрала. Голос из моих снов вновь разлился гулким эхом, а ноги обожгло могильным холодом.