- Ой, потом расскажу, - отмахиваюсь.

И тут я вижу то, от чего у меня сводит желудок.

Невзначай, краем глаза, замечаю движение под скатертью. Туфелька Натальи двигается под столом в сторону Игоря и останавливается в зоне его паха.

Тварь соблазняет мужа.

Жду, что он отпрянет. Встанет в конце концов, выдумав умный предлог. Но гад не двигается.

Более того, мечтательно улыбается.

- Мам, мы с Дашей идём к Смирновым, как и договаривались, - произносит Кирилл. - У вас всё равно здесь странная вечеринка, - склоняется, продолжая чуть тише. - Не против?

- Конечно. В десять утра чтобы были дома.

- Ой, ладно, спустимся всего на три этажа, - говорит Дарья. - Если что, наберём.

- Развлекайтесь, - киваю.

Старшие дети покидают стол, и я замечаю, как Ксения начинает клевать носом.

- Я уложу, - встает Галина Петровна. - Иди ко мне, моя радость, бабушка тебя расцелует. Ну какая же ты у нас красавица, - поднимает дочь, прижимая к себе. - Не ребёнок, а золото.

- Спокойной ночи, мама, - сонно бормочет Ксюня.

- Сладких снов, родная.

- А ты наблюдай, - шепчет на ухо Галя. - Курица-гриль пошла шерудить по курятнику. Сейчас яйца сопрёт.

Сомнений не остаётся.

Ядовитое, едкое поведение свекрови продиктовано тем, что она в курсе измен Игорька.

Кися снова осушает бокал, примерно шестой за минут сорок, и смело выдаёт:

- Включите что-нибудь рэперское! Современное! Будем танцевать. Кстати, я тверкать умею...

Глава 7. Галина Петровна

Глава 7. Галина Петровна

Возвращаюсь из детской, потирая поясницу.

Пять лет — не шутки, дитё уже тяжёлое, а укачивать — та ещё нагрузка для позвоночника. Но для внучки — ничего не жалко: ни спины, ни времени, ни внимания. Люблю своих внуков, как шальная, и сделаю все, чтобы детки были счастливы.

Хотя бы они, мои сокровища, в этой премерзкой истории безвинны.

Уложив и поцеловав в лобик Ксению, посидев рядышком, пока дыхание внучки не стало ровным и глубоким, я снова готова к бою с ее папашей-козлом.

Иду по коридору, настраиваясь на продолжение банкета.

В голове крутятся планы, как ещё прижучить вертихвостку Наталью до прибытия главного гостя нашего потрясающего вечера.

Безголовая девка явно не понимает, с кем связалась.

Думает, все вокруг — лохи, готовые восхищаться её силиконовым выменем и пустой головой. Сейчас вернусь и...

Звуки из гостиной доносятся ещё до того, как я открываю дверь.

Раздается какая-то дикая, пульсирующая музыка.

Не песня, а сплошной бит с невнятным бормотанием, орущий из динамика мобильного Натальи.

Мне не нужен ваш лайк, мне не нужен ваш хайп,

Я пью ваш позор из пробирки, как чай!

Вот вам вердикт, без дурацких масок:

Я крут, а ты — дут, хером всем по мордасам!

И... что это?

Явно не традиционный хоровод вокруг ёлки под приличные песни.

Вхожу и замираю. Мой мозг отказывается обрабатывать картинку.

Посреди гостиной, неподалеку от сына, его жены, гостей и новогоднего убранства, Наталья Овечкина устроила почти что стриптиз.

Да, я не преувеличиваю.

Она стоит, пританцовывая под этот урбанистический ужас, спиной к Игорю, который сидит, будто пригвождённый к стулу.

Гадина извивается всем телом, будто в её в позвоночник встроили шарниры.

Эти движения... Господи, спаси от инфаркта!

Низкие, откровенные, с тряской частей тела, которые приличные женщины в обществе не демонстрируют.

Тверкинг, кажется, это называется. Видела по телевизору, в каких-то извращенских клипах. Но вот так, вживую... Бог уберег. Правда, сегодня не сжалился.

Мини-платье Овечкиной и без того оставляло мало места для воображения, а теперь, когда она двигается, будто ошпаренная, раскрывая тему пятой точки практически на сто процентов, сомнений не остается, эта мадам окончательно лишилась разума.

Волосы растрёпаны, на лице — самодовольная, нетрезвая ухмылка.

Наташа ловит мой взгляд и даже не останавливается.

Наоборот, нахалка получает заряд энергии, каждым движением словно говорит:

- Смотри, старуха, вот что я могу, а ты — нет!

Игорь пялится на неё, жадно прихлебывая из бокала.

Глаза вытаращены, и в них я вижу смесь шока и похоти.

Сын осознает, что происходит нечто немыслимое, но оторваться не может. Застыл, как кролик перед удавом, хорошо хоть штаны не топорощатся.

А Лариса... Бедная невестка сидит напротив, белая как скатерть.

Она уже все поняла, еще тогда, когда стянула кулон, и с ужасом озирается то на мужа, то на эту вакханалию, явно готовясь взорваться.

Василий с Тамарой вообще остолбеневшие.

Вася, опустив глаза в тарелку, искренне верит, что селёдка под шубой спасёт его от кошмара. Тамара уставилась на Наталью с таким выражением лица, будто увидела привидение.