Тут я вспомнила, что в таких амулетах используются частички красной яшмы. Вот и ответ. Сюрприз оказался с подвохом, и в мою голову снова закралась мысль, что Эдвин догадывается о том, кто я, и пытается вывести на чистую воду.

Пока он рассчитывался с довольным хозяином, я пыталась сопоставить факты и найти подтверждение тому, что ректор подозревает, что я полукровка. Но так ничего внятного и не вспомнила. Конечно, оставался вариант, что ему все рассказала Сулаки… Но об этом я старалась не думать. Тревожные мысли так увлекли меня, что только когда мы выехали из города, я вспомнила, о чем хотела спросить Эдвина. 

Я поерзала на сиденье, чтобы привлечь его внимание. Ректор вопросительно посмотрел на меня. А я решилась произнести:

– Мастер Лортин сказал, что все это сделано по заказу. И как давно… ты сделал этот заказ?

Эдвин подался вперед и протянул руку. Я вздрогнула, когда он взялся за медальон на моей шее.

– В тот день, когда купил тебе это.

После этого он выпустил каменного лиса и снова устремил задумчивый взгляд в окно.

А я ощутила еще большее смятение. Получается, это не очередной способ откупиться от меня? Он готовился. Заказал все, что может защитить меня.

– Погоди, – нахмурилась я. – Но кольцо… Снадобьем меня угостили позже.

– Я сразу предполагал, что может случиться нечто подобное, – ответил он.

А затем сжал кулаки и яростно прошипел:

– Проклятые твари! Кто бы это ни был, ему помогают риспи. 

– Разве они могут помогать людям? - удивилась я. – Говорят, огненные духи недолюбливают людей.

Эдвин не стал со мной спорить и коротко ответил:

– Возможно. 

Немного помолчав, он добавил:

– В любом случае теперь тебя так просто не взять. И раз с уроками танцев покончено, мы можем посвятить оставшееся время урокам стрельбы. Разумеется, матери об этом лучше не знать. Она тут уверяла меня, что ты уже ждешь ребенка. 

Я вздохнула и поняла, что мысль об уроках стрельбы меня воодушевила. Что ни говори, а учителем Эдвин был прекрасным. Терпеливым и внимательным, просто мечта! И на уроках с ним гораздо проще, чем в жизни…

Но когда мы приехали, и я осталась одна в своей комнате, невольно пробормотала:

– И все же… Зачем ты все это делаешь для меня, Эдвин? 

Кетту проснулся и побежал мне навстречу. Я подхватила лиса на руки и постаралась выбросить из головы мысли о ректоре. 

Этой ночью я, наконец, выспалась. Вставать на завтрак ужасно не хотелось. Но я помнила о правилах дома и обещанных уроках стрельбы. И решила пока не задавать лишних вопросов и вести себя как подобает. Даже терпеливо выслушала пространное рассуждение госпожи Мадлен о том, что нужно делать в первые дни зачатия, чтобы дочь родилась красивой. Эдвин все это время мрачно жевал и сверлил мать взглядом. Но я старательно улыбалась, и он молчал.

Я ждала, что мы отправимся на уроки стрельбы после завтрака, но ректор не пришел за мной. Эрика сообщила, что Эдвин занят какими-то счетами. Я приготовилась провести день в компании Кетту, но не тут-то было. Через пару часов служанка появилась с одним из строгих платьев и сообщила:

– Господин Эдвин и госпожа Мадлен ожидают вас внизу. 

– Ожидают? – удивилась я. – И куда же мы едем?

– Этого мне не сообщили, – бесстрастно ответила Эрика. 

Я безропотно скинула домашнее платье и задумалась о том, куда же на этот раз везет меня Эдвин.

И тут у меня появилась догадка.

Глава 17. Подарки или неприятности?

Я чинно спустилась вниз, в строгом синем платье и волосами, стянутыми в узел. Эдвин критически оглядел меня с головы до ног. В глазах свекрови светилось одобрение. Что думает ректор, понять  было совершенно невозможно. Слуга открыл дверь, и госпожа Мадлен первой выплыла наружу. Я хотела последовать за ней, но Эдвин внезапно притянул меня к себе за талию и прошептал:

– Пояс почему не надела?

Я тут же вспомнила о подарке и укоризненно ответила:

– Ты не сказал, куда мы едем.

Ректор несказанно изумился:

– Разумеется, к Юмансам. Надеюсь, кольцо хотя бы надела?

Я скорбно промолчала, и с тяжелым вздохом Эдвин выпустил меня. Я не стала напоминать, что он не собирался пользоваться приглашением, и прошествовала к выходу. Слабо верилось, что меня будут травить или убивать в доме Ричарда. Ректор понял это и не стал отправлять меня в комнату за защитой.  Когда мы сели в карету, он притянул меня к себе и взял за руку. 

Так мы и ехали до Хэлмилэна. Я смотрела в окно и старалась ни о чем не думать. Но мысли то и дело возвращались к намекам Ричарда и приглашению в гости. А еще – предположением Эдвина о том, что его бывший сокурсник замешан в первом покушении.