— Вы, наверное, не представляете, что там у вас творится, — скептически усмехнулся виконт. — Усилий одного, даже очень сильного мага там точно мало. Кругом сплошное болото. Я как-то высчитывал, сколько потребуется средств, чтобы построить дамбу и превратить болота в плодородные луга, и определил, что нужно около миллиона крон на строительство и пятьдесят тысяч ежемесячно на поддержание, иначе ничего не выгорит. Не хочу вас напугать, но учтите леди Кейтлин, пока вы не попали в долги, вы ещё можете продать баронство. Я, если что, готов приобрести, но не дороже двухсот тысяч.

— Я не продаю! — резко ответила я.

— Извините, я не хотел вас оскорбить, — виконт эмоционально прижал ладонь к своей груди. — Это чистое проявление заботы, простите, пожалуйста. В любом случае, надеюсь на доброе соседство, и обязательно приходите на чай. Обещайте, что придёте?

Экипаж подъехал, и возничий открыл дверцу, приглашая садиться.

— Я тоже надеюсь на доброе соседство, лорд Энтони, поэтому на чай приду. Надеюсь, вы расскажете мне все местные сплетни, — слегка улыбнулась я. — А теперь извините, мне пора!

В окно кареты я видела знакомые улицы, по которым гуляла, когда нас за хорошие оценки отпускали ненадолго в город. Ещё недавно я была юна и полна надежд. В последний год обучения я уже знала, что с моим браком всё решено, и доучивалась спокойно и даже радостно, предвкушая новое счастливое будущее. Но кто же знал, что всё так сложится? Теперь я разведённая, униженная женщина, зато самодостаточная и владеющая баронством. Я собираюсь поднимать фермерское хозяйство, в котором пока мало что понимаю — не забавно ли? Ведь я могла после развода просто выскочить замуж за кого-нибудь малознатного офицера, укатить в далёкий гарнизон и спрятаться за спиной нового супруга от позора и проблем. Но это не мой путь. Я сделаю себя богатой и счастливой! Я утру нос бывшему мужу и всем, кто меня обидел.

Вот леди Элеонора удивится моим намерениям! Она знает, что я всегда жила с убеждением, что женщина должна быть покорной мужчине и служить мужу и семье — именно так нас учили в институте большинство преподавательниц, но не леди Элеонора. Магиня была из редкого числа тех сильных и независимых женщин, которые отказываются от брака в пользу развития личности и магии. Она была родной сестрой королевы, очень властной, являлась сильнейшей женщиной-магом в стране и даже входила в палату министров. Мне было стыдно показаться ей на глаза, но леди Элеонора всегда говорила, обращаться, если будет нужна помощь, и это было не просто проявление вежливости. Она действительно помогала всем девочкам, кто к ней приходил. В этом плане, она была лучшей на свете наставницей.

Мы въехали в кованные ворота парка, принадлежащего институту благородных девиц. Я вышла из экипажа, подхватив в руки плащ и зонт, и вошла в здание.

22

Пожилой страж, встретивший у дверей, сразу узнал меня, улыбнулся широкой приветливой улыбкой и пропустил на административный этаж.

Восьмой час вечера — леди Элеонора ещё работает. Она всегда сидит в своём кабинете до поздна.

Затаив дыхание, я постучала в нужную дверь.

— Кто там? — проговорил усталый низкий голос.

— Это Кейтлин Пери, — глухо отозвалась я.

Сейчас придётся признаться, что все мои мечты о замужестве были розовой чушью и согласиться, что наставница была права, призывая рассчитывать в этой жизни только на себя.

Минута напряжённой тишины — и я уже начала сомневаться, стоило ли приходить.

Может, лучше уйти?

Но тут ручка повернулась, и дверь сама передо мной распахнулась.

— Входи, Кейтлин, — проговорила леди Элеонора, пронзив меня пристальным взглядом из-под очков, и отложила газету.

Сегодняшнюю. Я узнала изображение своей усадьбы на странице.

Выпустив дым изо рта и стряхнув пепел с тонкой сигары на палочке в изящную хрустальную пепельницу, магиня указала мне на диванчик:

— Садись, девочка.

Я неуверенно шагнула в кабинет, и дверь за моей спиной резко захлопнулась. Я вздрогнула.

— Сквозняк, окно открыто. Не пугайся, — проговорила леди Элеонора.

Я покорно села на диван и снова почувствовала себя маленькой беззащитной благородной девицей.

Наставница отложила сигару, поднялась из-за стола и потянулась к чайничку, стоявшему на низеньком столике.

— Хочешь чаю?

— Да, очень! — не раздумывая, проговорила я. — Спасибо!

Я была очень голодная и очень хотела пить.

Передо мной поставили наполненную ароматным чаем чашку и корзинку с печеньем. Леди Элеонора села рядом на диван, развернулась ко мне и, чуть улыбнувшись, проговорила:

— Поздравляю с началом самостоятельной жизни, Кейтлин. Это во-первых.

— Спасибо, — кивнула я. — А во-вторых?

— Во-вторых, ешь печенье! Предложила бы бутерброд, но я его уже съела. Ты опоздала.