— Давай, — киваю.

Вообще крепкий алкоголь я почти не пью. Иногда могу шампанское, вино или какой-нибудь сладкий коктейль. Но сейчас мне нужно что-нибудь такое, чтобы перестать думать.

Бармен берёт маленькую рюмку, наливает туда что-то прозрачное и ставит передо мной. С подозрением смотрю на неё.

— Это что?

Он называет название, которое я тут же забываю.

— А я не умру? — спрашиваю.

— С одной? Вряд ли, — качает головой.

Очень обнадёживает. Но да ладно.

Беру рюмку двумя пальцами и ещё пару секунд сомневаюсь. Потом вспоминаю Волкова и залпом выпиваю. Горло моментально обжигает так, что глаза сами расширяются. Быстро ставлю рюмку обратно и закашливаюсь.

— Господи! — выдыхаю, морщась. — Как это вообще люди пьют?

Бармен смеётся.

— Привыкают, — отвечает он.

— К такому привыкать страшно.

Во рту остаётся противный вкус, а по пищеводу растекается тепло. Может, надо было всё-таки взять обычный коктейль. Но раз уж начала…

— Ещё один, — говорю.

— Уверены? — приподнимает он брови удивлённо.

— Абсолютно.

Вторая рюмка появляется передо мной. На этот раз выпиваю её быстрее, чтобы не успеть передумать. Снова морщусь, но уже не кашляю. Только хватаю со стойки дольку лимона и заедаю.

Вот теперь достаточно. Два шота не могут сильно подействовать. Наверное…

Первые несколько минут вообще ничего не чувствую. Отхожу от бара и иду в сторону главного здания, потому что обещала Машке подняться. Внутри только тепло становится сильнее, а музыка почему-то начинает казаться ещё громче.

Может, алкоголь вообще не действует. Зря только горло обожгла.

Но через какое-то время замечаю, что настроение понемногу перестаёт быть настолько паршивым. Неприятный комок внутри, который появился после встречи с Волковым, куда-то отступает. Плечи сами расслабляются, и даже вспоминать его мрачное лицо уже не так страшно.

Ну, облила и облила. С кем не бывает? Не бензином же и не кислотой. Пусть радуется.

Подумаешь, рубашка намокла. Высохнет. У его семьи денег столько, что, наверное, может вообще новую купить через пять секунд не выходя за пределы этого клуба. Или десять таких же.

И вообще сам виноват. Вот!

Если бы Волков был более живым и разговорчивым… Стояла бы спокойно и пила свой коктейль. Но нет же, ему надо было взять воду и уйти. Получается, он сам косвенно виноват в своей мокрой рубашке.

Боже. У меня уже реально кукуха едет. Обвиняю парня в какой-то ерунде…

Уголки губ сами ползут вверх. Уже даже не понимаю, почему несколько минут назад хотела провалиться под землю. Ничего ужасного не произошло. Живы оба, рубашка тоже, скорее всего, выживет.

Возле бассейна начинает играть знакомая песня. Девушки, которые до этого сидели на лежаках, вскакивают и тянут друг друга ближе к небольшой танцевальной площадке. Мне вообще-то надо идти к Машке, но почему-то ноги сами замедляются.

Давненько я не танцевала. Поворачиваю к площадке. Там уже куча народу, поэтому никто особо не смотрит друг на друга. Все просто двигаются под музыку и смеются. Это мне нравится. Не надо думать, насколько хорошо танцуешь или как выглядишь.

Встаю чуть сбоку и сначала просто двигаюсь в такт. Потом музыка будто становится ещё приятнее. Тело само расслабляется, и через пару минут уже совершенно забываю, что вообще-то собиралась страдать из-за своей неуклюжести.

Почему должна весь вечер бегать за каким-то ледяным принцем и переживать из-за каждого его взгляда? Да пошёл он!

От этой мысли становится ещё веселее. Откидываю волосы назад и продолжаю танцевать. Рядом какая-то девушка улыбается мне, я улыбаюсь в ответ. Мы даже пару раз двигаемся вместе под припев. Щёки начинают гореть, но теперь уже от жары. Музыка, алкоголь и все эти люди вокруг смешиваются в одно странно приятное ощущение. Надо было сразу выпить!

Хотя если бы выпила раньше, может, облила бы Волкова чем-нибудь крепче. Вот тогда бы точно пришлось бежать из страны.

Хихикаю сама себе. Чья-то рука неожиданно ложится на мою талию. Поворачиваю голову и вижу рядом незнакомого парня. Высокий, русоволосый, вроде симпатичный.

— Привет, — говорит он возле самого уха, потому что музыка слишком громкая.

Снимаю его ладонь со своей талии.

— Привет.

— Потанцуем?

— А мы сейчас что делаем?

Он смеётся и снова пытается придвинуться ближе.

— Я имею в виду вместе, — говорит он.

— Мне и так нормально, — продолжаю танцевать.

— Да ладно тебе.

Ладонь опять скользит к моей талии, и настроение сразу портится. Перехватываю его запястье и отодвигаю руку.

— Я сказала, что мне нормально.

Парень несколько секунд смотрит на меня, а потом пожимает плечами.

— Как хочешь.

Он отходит, а я продолжаю танцевать. Даже приятно стало от того, как легко его отшила.