Это все мне пригодится для лекарств и отваров — этому тоже пришлось научиться в приюте, но мои знания оказались совершенно бесполезны в столице, где дороги были каменными, а полезные травы просто не росли. Жаль, что у меня не хватало сил и денег уехать, но сейчас уже поздно об этом думать. Главное — Кори здоров. А от злости я, кажется, теперь горы могу свернуть.

Что еще? Следить за порядком?

Разумеется. Ведь это место станет домом моему сыну, так что я позабочусь о том, чтобы он жил в хороших условиях. 

И… и, пожалуй, все.

Приведу это поместье в порядок, как и обещала, а через год — я надеюсь, — смогу скопить достаточно денег, чтобы уехать отсюда подальше, купить свой маленький дом и никогда тебя, Кориан, не видеть. И Кори так будет лучше. По крайней мере, до того момента, как проснется его вторая ипостась.

Чувствуя, как в груди все разрывается от боли и обиды, я шагнула к шкафчику с ложками. Подняла взгляд и вздрогнула от испуга, прижав к себе гукнувшего Кори.

Это… что это? Не может быть. Это ведь мне чудится? 

Я зажмурилась, а потом открыла глаза. Снова зажмурилась и снова открыла глаза. 

Не чудится.

На пыльном и грязном полу, сейчас, когда его высвечивал весело пляшущий огонь в очаге, красовалось множество следов. Вот здесь прошла я, рядом — шаркающие шаги Марка.

А вот между ними, почти затоптанные, — совсем другие следы.

Отпечатки приличного размера лап, похожих на волчьи. Один был виден совершенно четко и покрыт тонким слоем пыли.

От одного вида этого отпечатка меня пробрало дрожью. Приют, где я выросла, стоял на окраине леса, и я помнила ту самую холодную затяжную зиму, когда волки подходили прямо к дверям и протяжно выли от голода, надеясь, что кто-нибудь появится и им удастся перекусить. В ту зиму им все-таки удалось загрызть одну из старших девочек. Ночью она умудрилась удрать из приюта, — говорят, на свидание с кем-то из городских парней. Меня до сих пор бросало в дрожь от одного только воспоминания.

Но отпечатки лап тех волков были раза в два меньше чем тот, который красовался на полу. Что это за зверюга? И откуда она тут взялась? 

— Гу! — выдал Кори, которого я прижимала спиной к животу, и потянулся к отпечатку лапы, как к любимой игрушке. — Гу!

Я отступила и бросила взгляд на окно. Вот, кто его разбил. В дом забрался зверь. Прислушиваясь, я замерла. Не раздавалось никаких посторонних звуков. Может, этот незваный гость уже ушел?

Я рискнула выглянуть в столовую — тихо и пусто. Пригляделась к полу: никаких других отпечатков лап мне не удалось обнаружить. Только на кухне, возле разбитого окна, был участок стертой пыли, как будто кто-то отталкивался от пола и выпрыгивал. Не нашел еды и решил уйти?

В столовой пол был чистым, и я немного успокоилась. 

— Побудь-ка пока тут, — проворковала я и снова усадила недовольного Кори в “карман” шали. 

В столовой я сняла со стены одну из картин, невероятно красивый осенний пейзаж, написанный тончайшими мазками, и вероломно закрыла им окно на кухне, повернув изображением в комнату, а изнанкой холста — наружу. Ничего, это временно, пока я не найду что-нибудь получше. От такого огромного зверя вряд ли защитит, конечно, но я хотя бы буду знать, что кто-то пробрался внутрь, если картина упадет на пол. 

А вот дом нужно будет обыскать и сходить в город, к стекольщику, — но это позже, когда Кори сможет побыть с Марком.

Спустя несколько минут я услышала хлопок входной двери, а затем — шаги. Вскоре Марк появился в дверях с металлическим ведром, наполовину наполненным водой.

— Ледяная, колодезная! — доложил он. — Ты что бледная-то такая? А ну присядь!

Он двинулся вперед, стирая с пола так напугавший меня отпечаток лапы, как будто его и не было. 

— Ничего, все в порядке, — отмерла я. — Ты так быстро нашел колодец!

— А что его искать? За домом, где ему еще быть?

Я промолчала, подумав о том, что “за домом” — понятие растяжимое, тем более, когда поместье такое огромное. Но вслух я ничего не сказала. 

Котелок нашелся без проблем, он как будто сам прыгнул мне в руки с полки одного из шкафов. Я перепеленала Кори и ополоснула его теплой водой, а затем наконец смогла его накормить.

Видя, как малыш упоенно высасывает из бутылочки питательную смесь, я невольно улыбнулась. Все хорошо, вот мы и дома. Ну, на ближайший год. А там — накопим денег и переберемся в свой. Все у нас будет хорошо. В этот момент Кори нахмурился, становясь неуловимо похожим на отца, и я вздохнула. По правде говоря, оказавшись с малышом-драконом на руках, я понятия не имела, как поступать правильно. А вдруг он вовсе не унаследовал вторую ипостась и просто родился сильным магом, какими были когда-то мои предки? Такое тоже иногда случалось. Выходит, говорить правду Кориану как ни крути — рискованно.

— Нам бы тоже поесть, девочка, — подал голос Марк. — Что там по деньгам-то у нас? Давай в город схожу, куплю чего.

— Двадцать золотых, — ответила я, укачивая Кори. 

— Это на неделю? 

— На месяц.

Повисла тишина.

— Господин Первый Советник сбрендил? — осведомился Марк. — Как ты на эти деньги жить-то должна?