А что, если все еще есть выход? Что, если туннели ведут за пределы Мистей? Пока мне не удалось найти никаких выходов, но я еще не бывала в этой части туннелей. Я могла бы пройти хоть несколько миль, если бы это помогло найти способ спасти тех, кто оказался в этом шелковом плену.

Я шла до тех пор, пока ноги не заболели. Туннель тянулся долго и прямо, с регулярными ответвлениями. Я не сворачивала ни в одно из них, решив исследовать путь в одном направлении настолько далеко, насколько это возможно.

Наконец, я почувствовала перемену в воздухе — резкое покалывание, от которого волосы на моих руках встали дыбом. Кайдо затрепетал в предупреждении, и я остановилась. Здесь что-то было. Или кто-то.

Кинжал укусил меня за руку, и вдруг я увидела впереди сверкающую стену света. Кайдо снова дал мне временное зрение фейри, как на болоте. Я осторожно двинулась к свету, уже понимая, без всякой подсказки кинжала, что передо мной стояло мощное заклинание.

Кайдо послал мне в голову образ: переливающаяся белая завеса, пронизывающая камень и землю вокруг нас, уходящая вдаль, дальше, чем могло охватить воображение. Непроницаемая стена окружала весь Мистей, а не только наземные входы.

Охваченная разочарованием, я отрезала прядь своих волос и бросила ее в заклятие, желая увидеть, что произойдет. Локон зашипел и исчез, превратившись в клуб дыма.

Разочарование сменилось чувством поражения. Глупая надежда — что я могла пройти достаточно далеко, чтобы выйти из Мистей, что в защите короля мог оказаться изъян. Если бы это было возможно, разве не смог бы кто-то из Благородных Фейри сбежать? Разве Друстан не нашел бы выход — если не для себя, то для той дамы, которую он любил?

Он ничего не знал о туннелях, но Ориана знала. Если бы она могла дать своим детям свободу и предотвратить смерть Лео, разве она бы это не сделала?

Мои мечты о свободе тоже обратились в дым. Я заставила себя взглянуть в лицо жестокой правде: я останусь здесь навсегда, служанкой, проведу всю свою жизнь под землей. Я постарею и, в конце концов, умру здесь.

Если только король Осрик не будет свергнут и власть не перейдет в руки кого-то достойного.

В каком-то смысле, смерть моей надежды на побег принесла облегчение — это был один повод для тревоги меньше, одно лишнее бремя, от которого я избавилась. Теперь вся моя ярость, вся моя энергия могли быть направлены на другую цель.

Теперь у меня было только две задачи. Убедиться, что Лара выживет на испытаниях… и помочь Друстану поднять восстание против короля.

Глава 26

Хорошее настроение Лары сохранялось долго после того, как синяки от Испытания Огня исчезли. Следующим было Испытание Земли, как она мне сказала, и она уже знала, в чём оно заключалось.

— Это испытание магии. Нас отправят на поверхность, в лес примерно в часе пути отсюда.

Я удивлённо подняла взгляд от разбросанных передо мной косметических средств.

— Разве охранные чары не остановят вас?

— О, те, что стоят на главном холме над тронным залом? Нет. Большую часть пути мы будем под землёй. Лес тоже окружён чарами, так что выйти за его пределы не получится.

Теперь я лучше понимала, как устроены чары вокруг Мистей. Гигантская магическая чаша охватывала весь город — от поверхности до самых глубоких туннелей, а меньшие круги окутывали каждый выход к вершинам холмов и к лесу, словно грибы, вырастающие на земле. Так никто не мог прорыть туннель наружу и сбежать во время редких событий, происходящих на поверхности.

— И как именно лес вас испытает?

— Нам придётся продержаться неделю без припасов, используя только магию. Это должно быть несложно.

Я скептически посмотрела на Лару.

— Ты когда-нибудь проводила на поверхности больше нескольких часов?

— Нет, но со мной всё будет в порядке.

Стихия Земли даровала контроль над почвой, растениями и водой, что идеально подходило для такого испытания, но у Лары было слишком мало силы. Этого не хватит.

— Ты умеешь добывать себе еду? — спросила я. — Построить укрытие? Как ты согреешься ночью?

Хотя была уже поздняя весна и дни становились теплее, ночи всё равно оставались холодными.

Лара легкомысленно махнула рукой.

— Разведу костёр.

— И как ты это сделаешь?

Она открыла рот, но тут же его закрыла.

— Пока не знаю. Но я могу вызвать воду из-под земли… и, возможно, заставлю лозы вырастить плоды.

В её голосе не было уверенности.

— Остальное придумаю по ходу.

— А если в лесу есть хищники?

— Я сражусь с ними.

— Голыми руками?

— Почему ты такая противная? — вспылила она.

— Она говорит дело, — раздался голос позади нас.

Я не слышала, как вошла Ориана, но теперь она стояла, прислонившись к дверному косяку, скрестив руки и внимательно нас изучая.

Я поспешно сделала реверанс, но Лара лишь нахмурилась.

— Я справлюсь.

— Король только что добавил новое условие к испытанию.

Лицо Орианы, обычно спокойное и невозмутимое, теперь было напряжено.

— Он так может? — возмутилась Лара. — Я думала, испытания определяют Осколки.