Прохладный ветерок коснулся моей кожи, и Уайетт обвил рукой мою талию. Он притянул меня ближе к своей груди. Жар от его тела согрел меня, посылая метеоры удовольствия прямо в мое лоно.

Я не смогла сдержать стон.

Глубокий рокот завибрировал в его груди, и он положил руку на мою поясницу, прижимая меня к себе еще сильнее.

Я чувствовала каждый его дюйм, сталь его бедер, рельефный живот и его твердую грудь. Черт возьми, он был потрясающим.

— Эйвери, — прошептал он, прерывисто дыша.

Я поцеловала его в ответ, наши языки сплелись в танце. У него был вкус пива и мужчины, и я не могла насытиться им.

Его поцелуй стал более настойчивым, и наши губы слились крепче, когда мы жадно искали друг друга.

Он ногой раздвинул мои бедра. Моя мини-юбка задралась. Прохладный ночной ветер коснулся кожи, и я задрожала, но когда его колено коснулось моего естества, то ахнула.

Жидкий жар наполнил меня, мое лоно стало влажным и жаждало его. Я снова застонала, и Уайетт оторвался от моего рта только для того, чтобы покрыть отчаянными поцелуями мою шею.

Ощущение его рта на моей коже было раем и адом одновременно. Я хотела его, даже несмотря на то, что секс мог привести к нежелательным последствиям.

Но к черту все. Я нуждалась в нем. Во всем нем. Внутри меня. Сверху на мне. Вокруг меня. Я хотела, чтобы он владел мной.

Я обхватила ногами его бедра, когда он снова потерся о мое лоно. У моих тонких трусиков не было ни единого шанса противостоять его натиску. Трение заставило меня ахнуть, когда похоть пронзила меня.

— Черт возьми, какая ты отзывчивая, — простонал он.

— Уайетт, — прошептала я. — Мне нужно… я хочу… — Но не могла продолжать. Ощущения, пронзившие меня, лишили меня каких-либо связных мыслей или слов.

— Я знаю, что тебе нужно.

Он засунул руку под мой топ, продвигаясь вверх по животу. Добравшись до груди, он обхватил ее. Мой сосок заныл, когда он его ущипнул.

Очередной стон сорвался с моих губ.

Уайетт зарычал, лаская мою грудь.

— Черт, — прошептал он. — Я столько хочу сделать с тобой.

— Да, — выдохнула я и выгнулась сильнее, желая большего.

Он задрал мой топ, а затем одежда исчезла. Его рубашка тоже испарилась, и я внезапно увидела его великолепную обнаженную грудь, которой можно было любоваться вечно.

— Черт возьми, женщина. Ты великолепна. — Уайетт тяжело дышал, когда его взгляд пожирал мою грудь. Бюстгальтер без бретелек едва прикрывал мои соски и оставлял мало места для воображения, грудь почти вываливалась из тонкого материала.

Пьянящая сила наполнила меня, когда эрекция Уайетта крепко прижалась к моему животу.

Он хотел меня. Очень хотел меня.

Уайетт снова поцеловал меня, заведя руки за мою спину.

От ловкого движения его пальцев мой лифчик расстегнулся, освободив грудь. Он снова застонал, когда посмотрел на мои соски, напрягшиеся на ночном воздухе.

Его дыхание было очень прерывистым. Он наклонил голову ближе к моей груди. В ту секунду, когда его горячий рот сомкнулся на моем соске, я дернулась.

Уайетт одобрительно зарычал и поводил языком, облизывая и покусывая.

— Уайетт, — выдохнула я. Желание пронзило меня, когда он продолжил тереться коленом о мое лоно, мои трусики скользнули по гладким складочкам.

Я еще сильнее запустила пальцы в его волосы, прижимая его к своей груди и требуя, чтобы он продолжал.

Уайетт сосал и лизал один сосок, прежде чем перейти к другому, все это время его руки непрерывно блуждали вверх и вниз по моей спине, разминая мою плоть.

Когда мои груди набухли и заныли, он отпустил их и снова меня поцеловал.

Мы целовались и лизались, пробуя друг друга на вкус, пока оба не начали задыхаться. Его колено постоянно терлось об меня, и я снова вскрикнула, но Уайетт проглотил стон.

Я собиралась кончить прямо там, полуодетая, в то время как Уайетт трахал меня коленом посреди поля.

Словно почувствовав, что вот-вот произойдет, он опустил ногу, но мое лоно было таким набухшим, что я чуть не потеряла сознание, не в силах сдержать рычащий протест.

Уайетт усмехнулся, затем прошептал:

— Я хочу попробовать тебя на вкус, когда заставлю кончить в первый раз.

Он наклонил мою голову набок и снова поцеловал в шею. Его язык скользил по моей коже, вызывая мурашки и нескончаемую боль в моем сердце.

Когда он добрался до моей ключицы, то остановился, крепче сжав меня в руках. На мгновение Уайетт просто замер, а потом я почувствовала прикосновение острых зубов к своей нежной коже.

Но он резко отстранился, из его горла вырвался резкий стон, а потом снова продолжил свой путь вниз. Я не понимала, что Уайетт собирается делать, пока он не проложил поцелуями дорожку вниз по моему животу, и моя юбка не задралась выше бедер.

Но когда его рука обхватила мое бедро и он пощекотал клитор, я чуть не кончила.

Глубокий рык удовольствия вырвался из его груди, когда он сорвал с меня трусики.