Схватив Берди за волосы, я втащила ее обратно и захлопнула дверь ударом ноги. Встала сверху, как она, возможно, стояла над Мэриголд перед смертью. Пальцы Берди подергивались, но магия не пришла на помощь. Когда тело окончательно застыло, я наклонилась и зажала ее подбородок большим и указательным пальцами.

— Однажды мое имя пройдет сквозь века от потомка к потомку. Его увековечат в учебниках истории, а о славе моей жизни напишут пьесы. А ты? Тебя забудут. Я об этом позабочусь.

* * *

«Фелисия Найт, представительница уважаемого семейства Немейских Львов с тем же именем, официально приговорена к шестидесяти пяти годам заключения в тюрьме Даркмор за кражу четырех драгоценных самоцветов королевы Леондры Вега, похищенных во время двадцатипятилетнего Юбилея Ее Величества. Вчера днем в суде раскрылась полная ошеломляющая история, подтвержденная Допросом Циклопа. Она рисует образ студентки Академии Зодиак, оказавшейся на самом дне иерархии. В дерзкой попытке доказать собственное достоинство девушка разработала план кражи четырех камней из Дворца Душ и день и ночь тренировалась ради великой задачи. В день Юбилея королевы она привела план в исполнение и покинула дворец с четырьмя бесценными артефактами в кармане. Королевство искало их с момента получения анонимной наводки. Теперь подтверждено, что источником стала сама виновница. Рассказывая историю, Фелисия Найт гордо держала голову. Невозможно было не заметить поднятых бровей и услышать изумленный шепот в зале суда.

Несмотря на очевидное преступление мисс Найт, за которое ей предстоит расплачиваться многие годы, она произвела неизгладимое впечатление. Первая и, несомненно, последняя Фейри, сумевшая ограбить Дворец Душ, скорее всего, навечно войдет в историю, особенно с учетом того, что она даже не успела закончить образование. Во дворце продолжается полное расследование пробелов в системе наблюдения. Безопасность будет усилена, чтобы подобное никогда не повторилось.

Мисс Найт отказалась раскрыть местонахождение самоцветов, а память о тайнике уничтожена. Доктор Айлинг из Ордена Циклопов пришел к выводу, что использовали либо зелье памяти, либо сложное заклинание ее удаления. Следов артефактов по-прежнему нет.

Полная история мисс Найт — на странице 16».

Я опустила газету. Сердце колотилось, губы изгибала улыбка. Поздний осенний ветер играл золотыми волосами. Я сидела на краю деревянного причала и смотрела через открытый океан на алое зарево приближающегося рассвета.

— Как ты это сделала? — раздался за спиной голос Рена.

Я услышала приближение задолго до его слов: тяжелые шаги невозможно было не заметить.

— Сделала что? — невинно спросила я, улыбаясь шире.

— Фи, — надавил он.

Я оглянулась через плечо, глаза сияли.

— Как ты можешь находиться здесь, если утром пресса сообщает, что ты сидишь глубоко в Даркмор? Ты представляешь, как я испугался? Я едва не проигнорировал письмо, решив, что это ловушка.

Улыбка исчезла.

— Мне пришлось заставить всех поверить, чтобы защитить тебя. Ты ведь уничтожил ее? Как я просила?

— Конечно.

Я поднялась на ноги и плотнее запахнула коричневое пальто, не позволяя холодному ветру пробраться внутрь. Рен приблизился и всматривался в мое лицо, словно все еще не верил, что перед ним действительно я.

— Объясни, — потребовал он.

— Я поймала Берди. Ввела яд Медузы, но только потому, что она первой попыталась сделать то же со мной. А потом она оказалась в моей власти, и… в общем, я отвела ее к Айле Драконис.

— К Айле? — удивленно выдохнул он.

— Да. Рассказала, что Берди ее пытала. После всего пережитого Айла очень хотела отомстить. Но обычной злобы в ней не было. Она казалась просто… печальной. Даже извинилась передо мной за все.

Брови Рена взлетели.

— Вот именно, — выдохнула я. — В общем, я позволила Айле проникнуть в мою голову и увидеть все: ограбление дворца, каждую деталь.

— Что? — рявкнул Рен.

— Знаю, знаю. Это было рискованно. Но меня загнали в угол, Рен. Уилбур собирался на допрос в ФБР. Они увидели бы, как он помогал мне во дворце. Его арестовали бы, а Уилбур слишком хорош для такой жизни. Семью почтили Вега, пригласили во дворец и возвысили их имя в обществе. Я не могла это у него отнять.

Рен медленно кивнул.

— Хорошо. Что потом?

— Когда Айла узнала все, я попросила поместить воспоминания в голову Берди. Огромная просьба. Я даже не знала, способна ли она, но Василиски умеют чертовски хорошо вмешиваться в чужой разум. Айла не колебалась. Вложила в память Берди всю историю, но убрала из нее вас. Воспоминания были обрезанными и измененными, но достаточно прочными, чтобы никто не заметил подмены. А затем все стало совсем пиздец как сложно.

— До этого было не сложно? — усмехнулся Рен.

— По сравнению со следующей частью — нет.

Я прикусила нижнюю губу, гадая, что он подумает, когда услышит правду. Но между нами не существовало тайн.