– Какой он милый! - невольно вырвалось у меня.

Огонь в печи погас. Малыш-дракончик сладко спал.

– Не трогай, - напомнил Алекс, - обожжешься.

– А когда он остынет?

Мне не терпелось поближе рассмотреть это чудо, пройтись осторожно пальцами по крыльям.

– Ты это увидишь. Он поменяет цвет. Станет коричневым, как твои фамильяры.

– Жаль.

Я вздохнула.

– Сейчас он такой красивый.

– Будет не хуже.

– А что со скорлупой? Куда денется она? Сгорит?

Александр отошел к столу, взял вилку, наклонился над раскаленной «пастью» печи и осторожно выкатил один из осколков к самому краю. Только потом ответил:

– Со скорлупой ничего не будет. Это - настоящий изумруд. Самый чистый и дорогой из тех, что бывают. Сделаешь себе украшения. Или продашь. Стоят такие камни уйму денег.

Я покачала головой.

– Не буду продавать. Пусть лежат. А, что касается украшений, куда мне их носить? К Марте в пончик? Или на базар?

Алекс ничего не ответил.

Зато малыш открыл глаза, тихонько застрекотал, обвел нас взглядом. Я даже не заметила, когда его шкурка успела побуреть. В ней почти не осталось зеленого. Даже крылышки окрасились в цвет старой меди.

– Иди сюда, малыш, - умилилась я, присела на корточки и подставила ладони.

Дракончик потянулся, расправил крылья, взмыл в воздух, зависнув на месте, как сказочный колибри. Но полетел отнюдь не ко мне.

Крылатый комочек рассек над моей головой воздух, плюхнулся на плечо маркиза, прижался к его шее и замурчал.

– Похоже, - растерянно улыбнулась я, - дом сказал тебе спасибо за возвращение духа хранителя.

Алекс нежно погладил дракончика по голове и согласился:

– Похоже. Драконов-фамильяров в нашем роду еще не было. Твой дом сделал мне потрясающий подарок.

Глава 16. Где бабуля становится шелковой, а я отправляюсь на рынок

В этот день спать я легла совсем рано. От волнений и изумления на меня навалилась такая усталость, что к вечеру просто не осталось сил. Платье опять сняла с огромным трудом. Пуговицы на спине - тот еще квест. Что ни говори, а вся эта красота шилась в расчете на служанок и мамок с няньками.

Ночь прошла удивительно тихо. Похоже, здешние боги решили меня отблагодарить покоем.

Жаль, что хватило их ненадолго. Утром же я проснулась от весьма необычного выступления.

– И где тут моя красавица? Где моя сладенькая? - раздалось от дверей.

Голос бабули звучал так, словно она задалась этим вопросом исключительно с гастрономическим интересом. Мне явственно представилось, как призрак стоит над спящей мной с ножом и вилкой, стоит и облизывается. Видение было таким ярким, что я вздрогнула всем телом и открыла глаза.

Реальность оказалась еще удивительнее предположений. Бабуля Тереза с умильной улыбкой на тонких губах висела возле кровати. В руках ее был необычный поднос: прямоугольный, деревянный, с небольшими ножками. По спальне разливался аромат кофе, щедро сдобренный ванилью.

– Где тут моя спасительница?

Призрак старательно осклабился. Даже с моей позиции стало видно, что рот у него полон зубов. Белых, крепких, отнюдь не старческих.

– Это что? - указала я рукой на поднос, и пальцы у меня предательски дрогнули.

– А это я своей любимой Наташеньке завтрак принесла. Утром, как поднялась, так и отправилась в «Сладкий пончик». Думаю, драгоценная моя мадемуазель проснется, а дома кушать нечего. Непорядок это.

Сюсюкающая ипостась фамильного призрака отчего-то напугала меня куда сильнее, чем обычная ворчливая. Я глянула подозрительно, но ничего опасного заметить не смогла.

– Это мне?

В словах моих все еще было недоверие. Глаза невольно рыскнули по комнате. Где моя любимая сковородка? Надо не забывать носить ее с собой. С ней как-то спокойнее.

Бабуля подплыла ближе, старательно семеня по воздуху ногами. Улыбка ее стала такой широкой, что выползла за пределы призрачного лица. Было видно, что старается спасенная изо всех сил, но с непривычки дается ей это непросто.

Поднос удобно встал на постель поверх моих ног.

– Спасибо, бабушка Тереза, – осторожно, боясь обидеть призрака, поблагодарила я. – Но я тут подумала и решила, что буду готовить сама. Слишком уж расточительно с моей стороны питаться в кофейне.

Заметив, что дух-хранитель внимает моим словам одобрительно, решила закрепить успех:

– И уж совсем неразумно уничтожать запасы дорогущих эликсиров.

Призрак фыркнул, но промолчал, хоть я всерьез ожидала услышать коронное: «Вот в мое время!»

Не услышала и поспешила отпустить шпильку. Профилактически.