С последним глотком пришло и воспоминание – как мы с дедом и бабушкой по весне ходили в березовую рощу. Как пили сок, ловили в банку мутноватые капли. Меня захлестнуло ощущение давно забытого счастья. Он! Точно, он! Только откуда здесь взялся?

За стеной, отделявшей эркер от печи, пронзительно засвистел чайник. Я вздрогнула, едва не уронила бокал и сказала:

– Вот же напугал. Алекс, готовь чашки. Сейчас сюда прилетит чайник. Скажу тебе по секрету, он у меня сам летает, сам разливает чай.

Маркиз ничуть не удивился. Подвинул посуду к краю стола. Мы немного выждали, но чайник так и не появился.

– Странно. Кончилась, похоже, магия. Не долго счастье длилось.

– С чего ей кончаться? – возразил Алекс. – Этот дом пропитан волшебством по самую крышу. И хранитель у него удивительно мощный.

На это мне нечего было возразить, поэтому я начала подниматься.

– Сейчас посмотрю, что там случилось, где он застрял.

– Погоди. – Остановили меня движением руки. – Я сам гляну. Не обижайся, но в магии я всё же разбираюсь лучше.

*********

Запасная мама. Служанка Черного замка

Полина Верховцева

В один день моя жизнь круто изменилась. Я узнала, что у меня будет сын, а у мужа есть любовница. И дернула меня нелегкая с ней встретиться! Думала, проучу нахалку, а в результате вместе с ней оказалась в другом мире, да вдобавок чья-то злая воля поменяла нас телами. Теперь мой ребенок у нее! К тому же почему-то все ее боготворят и говорят о пророчестве, в котором замешан мой сын, а мне отведена роль жалкой прислуги.

Но ничего, я разберусь со всеми тайнами, пророчествами и верну своего ребенка. Правда для этого придется наводить порядок в замке, держать в ежовых рукавицах подставную мать и найти общий язык с самоуверенным магом, невзлюбившем меня с первого взгляда.

В один день моя жизнь круто изменилась. Я узнала, что у меня будет сын, а у мужа есть любовница. И дернула меня нелегкая с ней встретиться! Думала, проучу нахалку, а в результате вместе с ней оказалась в другом мире, да вдобавок чья-то злая воля поменяла нас телами. Теперь мой ребенок у нее! К тому же почему-то все ее боготворят и говорят о пророчестве, в котором замешан мой сын, а мне отведена роль жалкой прислуги.

Но ничего, я разберусь со всеми тайнами, пророчествами и верну своего ребенка. Правда для этого придется наводить порядок в замке, держать в ежовых рукавицах подставную мать и найти общий язык с самоуверенным магом, невзлюбившем меня с первого взгляда.

Глава 15.4

На что уж тут обижаться? Это чистая правда. Я улыбнулась и кивнула. Потом наклонилась чуть вперед, чтоб разглядеть, что происходит на второй половине кухне.

– Наташа, – тихонько позвал маркиз, – тут для тебя сюрприз. Иди сюда.

С дивана меня подбросило словно пружиной. Сюрприз? Знать бы хороший или плохой. Что-то последнее время я уже начинаю опасаться сюрпризов.

Александр отодвинулся, пропуская меня к печи. Я сбавила шаг, сначала увидела нереально золотое пламя, а потом разглядела в его глубине нечто овальное, ярко-изумрудное. Красивое-красивое. В зеленой глубине бились алые искорки, пытаясь вырваться наружу. Но, едва пробив преграду, успокаивались и зависали волшебными светлячками над язычками огня.

– Что это? – Зачарованно вырвалось у меня.

– Драконье яйцо.

– Яйцо?

Я покосилась на буфет, вспомнила про его метаморфозы и вздохнула.

– Значит, теперь вместо двух непосед мою лавку будут разносить три друга по разуму? – И добавила: – Вот не зря у буфета отросли новые дверцы. Свято место пусто не бывает.

– Смотри! – остановил поток возмущенных слов маркиз.

Я вновь глянула на огонь и открыла от изумления рот. Посмотреть там было на что.

***

Вам когда-нибудь доводилось видеть, как рождаются дракончики? Нет? Вот и со мной это случилось впервые.

Зрелище вышло чарующим и нереально притягательным. Изумрудное яйцо качнулось, плавно перевернулось на бок и выкатилось из огня. Пахло от него раскаленным камнем и почему-то канифолью. От этих запахов повеяло детством, музыкальной школой, гаммами. Я не заметила, как начала улыбаться.

Следом за запахом появился звук метронома.

– Что это? – спросила я.

– Детеныш стучится. Старается разбить изумрудную скорлупу.

Я отчего-то взволновалась:

– Давай, ему поможем?

Александр преградил мне рукой дорогу.

– Ни в коем случае. Не мешай. Он сам справится. А ты только обожжешься. Новорожденные дракончики всегда раскаленные. Им нужно остыть.

Я послушалась и остановилась. Стук усиливался. Изумруд снаружи покрылся черной корочкой, отливающей медью. Прошло совсем немного времени, и по скорлупе разбежались трещинки, избороздили яйцо частой сеточкой. Сквозь них пробилось пламя. Алое-алое! Вслед за огнем вырвался рой золотистых искр. Яйцо жалобно застонало и развалилось на добрый десяток крупных осколков.

Изнутри показалась умильная мордашка, спинка, покрытая почти прозрачной чешуей, и крохотные крылышки. Зеленые, как майская только умытая листва. И вообще новорожденный дракончик был от носа до кончика хвоста изумрудного цвета.