Обычная комната в общежитии для преподавателей. Ничто в ней не выдавало то, что ее обитатель – потомок рода, который чуть было не стал правителем Севера. Но – только чуть. И теперь единственный наследник некогда многочисленного рода Аабергов заброшен на самый край мира.

От мрачных мыслей снова отвлекла метка. Жжение сменилось нестерпимым зудом. И тогда Вестейн не выдержал. Сорвал с руки повязку и обомлел. Со стороны могло показаться, будто ничего не изменилось. Ровные ряды багровых точек – след зубов юного байланга, который звали меткой связи. Но если присмотреться, вокруг нее проступали новые пятна и линии. Пока едва заметные, но кричащие о том, что самое страшное все-таки произошло.

В следующий миг дверь скрипнула и отворилась. Куратор натянул рукав. Но это оказался друг. Йоран повесил плащ на крючок и спросил:

– Чего не спишь? Завтра вылетаем рано…

После этого он заметил лежащую на столе повязку. По губам стража скользнула улыбка. Он мгновенно оказался рядом с Вестейном и рывком задрал рукав его рубашки. 

– О-о-о-о… – протянул Йоран. – Все твои надежды пошли прахом, да?

Вестейн натянул повязку и мрачно произнес:

– Еще нет. Сегодня пик силы родового источника. Вероятно, к утру все вернется на круги своя.

Йоран упал в соседнее кресло и скептически хмыкнул. Вестейн упрямо повторил:

– Это всего лишь легенда. Старая сказка.

– Двести лет назад из-за этой “сказки” тебя заставили бы жениться на ней, Вест, – покачал головой друг. – Как только зубы Свейта коснулись ее кожи… 

– Свейт всего лишь зацепил ее, а не укусил, – возразил куратор.

– Но и у тебя, и у нее проявляется родовой символ. Древо Аабергов.

– Ничего еще не проявилось, – упрямо повторил Вестейн. – И, возможно, не проявится. В любом случае она об этом не узнает. Парни будут молчать. Да и никому из адептов не придет в голову отнестись к этому серьезно. Главное, чтобы не узнал Крон…

– И никто из преподавателей старой закалки. Сам знаешь, что полагается за неуставные отношения с адепткой.

Вестейн холодно произнес:

– Какие еще неуставные отношения? Нет у меня с ней никаких отношений и не будет! Я совсем не рад, что Анна Скау свалилась на мою голову. 

Йоран закатил глаза:

– Да-да. Интересно только, почему это Бакке попросил меня отправиться с вами и приглядеть за парой горячих голов, одна из которых упорно маскируется под холодную?

Вестейн смерил друга выразительным взглядом и процедил:

– Прекрати. Можешь остаться в Академии.

– Ну что ты, я и сам хочу последить за оболтусами Халворсонами и за тобой. Ах да, еще за одним байлангом, очень способствующим неуставным отношениям. А леди Анна Скау здесь совершенно ни при чем. Я всего лишь обещал твоему отцу беречь тебя от глупостей.

– Мой отец мертв, – бесстрастно произнес Вестейн, вцепившись в подлокотники. 

– Именно, – серьезно ответил Йоран. – Поэтому ты должен жить и продолжить род.

– Никто не даст мне его продолжить. Сюда меня отправили, чтобы попутно затыкать мною все дыры в границе. В надежде, что с очередной миссии я не вернусь. 

Скрыть горечь не вышло. Вестейн отвернулся и уставился в огонь. Жжение и зуд не отступали. Наконец, приятель хлопнул его по плечу и поднялся со словами:

– Спать ложись. Крон написал герцогу Скау, а Ида – маменьке. Уверен, завтра герцогиня Магрит, которую прозвали Мегерой Эллингбоу, явится в Академию на разборки с утреца. Так что лучше нам удрать еще до рассвета, чтобы спасти твою ученицу от праведного гнева старшего поколения. А тебя – от очередных неприятностей.

С этими словами он подхватил плащ и ушел. Вестейн запер дверь и начал ходить по комнате. Нужно было лечь и попытаться заснуть. Но зуд и жжение под повязкой заставляли его возвращаться мыслями к Анне Скау. Причем именно к тем моментам, о которых думать не стоило.

Только под утро источник успокоился, а вместе с ним и зуд. Вестейн подхватил вещи и отправился за байлангом. Первые лучи рассвета он встретил на дальнем плацу, старательно цепляя снаряжение к седлу пса. В этот раз Свейту придется нести два комплекта и двоих людей.

Пока куратор возился с ремнями, на плацу появился зевающий Йоран. За ним плелся Беорн, его байланг. Пес явно был недоволен тем, что его разбудили так рано. Котик и Кнут вышагивали плечом к плечу следом за ним. Вот только седоков при них не было, как и в обозримом пространстве.

– Где Халворсоны? – спросил Вестейн у Йорана.

Тот пожал плечами:

– Понятия не имею. Эти два дурачка шли за нами от загонов. А твоих парней я не видел.

Куратор нахмурился. Но в этот момент вдали показались бегущие человеческие фигурки. Скоро братья стояли перед ним, тяжело дыша.

– Там Анна… – проговорил Эйнар. – Не просыпается. Мы стучали, но не смогли ее разбудить. Может, что-то случилось?

Вестейн в очередной раз возвел глаза к небу и приказал:

– Ждите здесь. Сам разберусь. 

С этими словами он направился к горе. Вот не было печали…

Анна