Однако Торн не допустил частой ошибки сильных магов, не стал недооценивать противника. Падение — не смерть, и лавы на дне сейчас хватает, Суинн умудрится набрать сил. Именно потому брат при каждом появлении демона бил со всей мощью. Раз за разом.

Да, каждый последующий удар был значительно слабее, ведь мы собрали в округе всё, что можно было использовать как оружие, включая обрывки плетений мощнейших заклинаний. Но на десятом ударе лавовый демон растерял уже так много сил, что начал уменьшаться. И существенно! Он стал высотой с двухэтажный дом и был уже не полыхающе-рыжим, а чёрным с огненными проплешинами. Но помимо плюсов был и минус — демон утратил свойственную гигантам неповоротливость.

- Надеюсь, мы не получили усиленную компактную версию, - пробормотала я, полная нехороших предчувствий. Большинство сильных заклинаний и заклятий формировались на принципе сложных гигантских плетений, которые филигранно сжимались до размера грецкого ореха.

Точно в подтверждение моих слов мы услышали хохот. Раскатистый, жестокий и, похоже, предвкушающий.

Суинн топнул по острову, и тот прекратил трястись будто в конвульсиях, вулкан затих, перестав выпускать струи пепла, дыма, малых и больших камней. Море превратилось в идеально гладкое блюдечко, словно его запечатали под стекло. Ветер стих.

Если бы не предощущение огромной беды, я бы улыбнулась, поскольку чувствовала совершенно детскую обиду ветерка, который сейчас кружил вокруг Торна, напоминая, что он не наигрался и подобного безобразия не потерпит. Он хочет и дальше веселиться.

Свечение моря исчезло — мы не успели использовать слёзы!

- Уходи! - не отводя взгляда от Суинна, произнёс Торн.

- Но…

- Живо!

Ледяной постамент под ногами зашатался, и я удивлённо посмотрела вниз, не понимая, как такое могло случиться. Мгновением раньше всё было как обычно!

Вместо едва не кипящей воды булькала жидкая тьма. Выплёскивалась на прозрачный лёд, чёрной смолой лениво сползала назад.

- Разве такое бывает? - выдохнула потрясённо, и в следующий миг мою талию сжала цепкая драконья лапа, отрывая от рассыпающегося постамента, не позволяя страшной жидкой тьме лизнуть кончики моих туфель.

Летящий по соседству Торн неприлично выругался, затем оглядел поле битвы и зашептал слова заклинания, отправляя послание кому-то на берегу зажечь солнечные камни. Несмотря на болтанку, руки его двигались уверенно и чётко — он кастовал очередное заклинание. Я попыталась присоединиться, но поняла, что сил нет. Просто нет. Ни на что.

Тряхнула головой, призвала ветерок, убедив поддержать меня ещё немного и для начала проветрить голову и придать сил. Родная магия сегодня была в ударе, так что перевыполнила план, и я едва не заискрила энергией, как праздничные фейерверки. Понимала, что это ненадолго, я сильно ослабела физически, но хоть иголкой демона уколю, хоть крохотную лепту в его уничтожение ещё внесу.

Суинн уже поднялся и, пропитавшись тьмой, стал почти незаметным. Светились лишь глаза и рога, всё остальное полностью сливалось с почерневшей морской водой.

С берега в него неслись десятки различных заклятий, но он от них даже не оборонялся — тьма разрушала плетения на подлёте или радостно впитывала их.

Поджала губы, чтобы не выплюнуть колкость в адрес «имитирующих сражение». Они не бились родовыми заклятьями, не хотели показывать истинные силы! Тоже мне, союзники! Ничего, сейчас мы выдохнемся, демон переключится на вас. Хотела бы я посмотреть, как вы будете отбиваться ивовыми ветками от исполина.

- Поплачь! - велел Торн категорично.

- Я тебе актриса, что ли? Я вот так не могу.

- Можешь! Нужно!

А я так устала, что не повиновалась приказу, как обычно, а разозлилась. Почему я? Как вы вообще пытались справиться без меня, если не способны ни на что? Один обещал отцу, второй не равен по силе при всех наших родовых секретах и нуждается в помощи, но не призывает её. В итоге ни слезинки не смогла выдавить.

- Ладно, не реви, раз не можешь. Проиграем, Синтию выдадут за Хаара, Амиру за принца Линданаоссии. Или наоборот. Главное — выживут. Может, тьма туда не дойдёт.

Фразы звучали рублено и сухо, и ох, как доходчиво! Я тут же переключилась в режим «никто меня не любит», «мы все умрём», «я такая несчастная», «бедная Син», «Амира так любит Дотса, это несправедливо» и слёзы посыпались сверкающими бриллиантами.

- Сильнее!

- Да выдавливаю я. Ты меня совсем не любишь! - предъявила брату, продолжая нарочно себя накручивать, благо, в уставшем состоянии получалось это замечательно: - И Рейган не любит. И мама с папой. Никому я не нужна. Даже диплом нормально не дали защитить!

Последнее сработало сильнее всего. Как я ни убеждала себя, что нет ничего ужасного в том, что мне «помогли» из-за политических моментов, считала подобное крайне несправедливым. Я пять лет пыталась всем доказать, что девушки ничуть не хуже парней, а в итоге… То же самое сейчас. Я сражалась лучше многих мужчин, а в итоге чем должна победить? Рёвом?