Это длилось годами, можно даже сказать, веками, пока отец моего супруга не решил, что с него довольно. Он больше не планировал выступать на чьей-либо стороне, резко пресек надменное отношение к своей семье и разорвал союзы, планируя закрыть Тайхарден и мечтая, чтобы тот зажил собственной жизнью.

Мощь Черных Крыльев осталась без управления Совета Пятерых. Положение других кланов пошатнулось: вырвавшиеся из-под контроля драконы могли силой отвоевать свое место в мире. Черные Крылья были защитой Совета от тех, кто был способен покуситься на власть правящих кланов, вот только теперь эта защита исчезла.

Это пугало, страшило, заставляло мысли в их головах испуганно прыгать, и тогда они нашли решение проблемы — уничтожить клан Черных Крыльев, стирая его с лица земли.

Нападение было кровавым, предательским, беспощадным.

Четверо из пяти старших кланов едва не уничтожили целый род, разрушив не ожидавшую нападения крепость, напав подло и беспринципно. Они вырезали одного за другим, пока не успокоили жажду крови, и страх перед чужой силой не отступил, оставив в живых только троих из целой семьи.

Троих братьев — маленьких преданных лордов, теперь не представлявших опасности, в назидание всем, кто посмеет перейти дорогу Совету Пятерых.

Обугленные стены все еще помнили ту чудовищную ночь. От одной из четырех башен осталась лишь груда камней, а сама крепость лишилась стены, на которую рухнули сцепившиеся в воздухе драконы, сминая прочное сооружение, словно бумагу.

Уцелели лишь три защитные стены и правое крыло, которые и встречали меня у ворот. Мрачный вид.

Плачевно, но решаемо. В принципе, отстроить можно… Хотя почему «можно»? Нужно!

— Теперь-то ты объяснишь мне, что это был за спектакль? — обернувшись вновь человеком, мужчина, что был наследником этого места, и моим мужем, подошел со спины, но не напугал.

Отвлекшись от планов будущей стройки, развернувшейся у меня в воображении, я посмотрела на него, отмечая, что с оборотом одежда не пропала, и завистливо поджала губы.

У меня так не выходило.

Каждый раз после оборота я оставалась в чем мать родила и никак не могла научиться избегать этого. Лишней скромностью я не страдала, но все же несколько неприятно оказываться перед кем-то полностью обнаженной, когда минуту назад был в броне сверкающей чешуи.

— Какой спектакль?

Супруг задумчиво склонил голову к плечу, отчего его темные волосы дрогнули, вытянувшись вниз, и хищно прищурился.

— Этот, — обведя меня всю ладонями, пояснил он.

— А, ты об этом! — взмахнув рукой в воздухе, безмятежно отвела глаза. — Так было нужно для атмосферы! Я знаю, вы, мужчины, любите, когда вам не сдаются в первую же минуту… Не понравилось?

— Переиграла, — фыркнул он. — Почему у меня ощущение, что меня обманули, зефирка?

— Ну-у… обманули — это ты сильно сказал. Скорее, не уведомили, так будет точнее. В дом пойдем? Тут прохладно.

Заметив, что я, как и была в своей спальне, стою босиком, буквально в одной сорочке и наброшенной на плечи шали, мужчина несколько секунд сомневался, обдумывая мои слова. Но, видимо, драконья сущность взяла верх, потому что муж вновь подхватил меня на руки, смело шагая вперед.

Эх, стоило признать, что в его руках мне было вполне комфортно. Опять же не страдая излишней скромностью, я без сомнений обняла крепкие плечи, доверчиво опуская на одно из них подбородок.

Спать охота… Но нужно дождаться Рона, прежде чем идти отдыхать.

— Добро пожаловать домой, зефирка, — скрывая стыд, дракон занес меня через порог высоких и тяжелых дверей, ставя на старый, но теплый ковер голыми ногами. — Надеюсь, тебе здесь понравится.

— Кое-что исправлю, починю, и обязательно понравится, — смело заявила я, осматриваясь.

— Ты не будешь здесь ничего трогать, — неожиданно резко рыкнул он, одергивая меня и сжимая пальцами подбородок.

Запугивает? Ну-ну, удачи. Я из клана Золотых Когтей, мне сам мой дед не страшен.

— Да брось, — губы сами собой растянулись в улыбке.

— Ты. Не будешь. Ничего. Здесь. Трогать, — чеканя слова повторил он, смотря сверху вниз.

— Буду.

— Попробуешь — пожалеешь.

— И что ты сделаешь? Запрешь меня? Убьешь? Или разорвешь узы? Я твоя жена, — понизив голос до угрожающе низкого и бархатного, вытянула шею, демонстрируя, что угроза не достигла цели. — Теперь это наш дом. Общий. И я буду делать то, что посчитаю нужным, Хаардан. Попробуешь мне запретить?

— Ты…

Громкий и беспокойный стук в дверь эхом пронесся по пустынному холлу, где даже свечи практически не освещали запыленное пространство.

Мрачно, как в склепе, и грязно, как в хлеву.

— Это ко мне, — улыбнулась, вырвавшись из хватки супруга, который в очередной раз растерянно моргнул, так и не приняв мысль, что я сделала для этого похищения куда больше, чем он. — Рон! Смотри-ка, почти не опоздал!