Я свернула куда-то вправо — и тут же врезалась в высокого мужчину в домашнем халате, накинутом поверх рубашки и брюк. Он был худощавым, с водянистыми глазами и торчащими в разные стороны седыми волосами. На вид ему было лет шестьдесят, но взгляд был молодым, пристальным и цепким. 

— Кто вас пустил в дом, леди…

— Иви Хантер, — подхватила я, протягивая ему руку. 

Водянистые глаза прищурились.

— Приемное время — с двух до пяти часов в будние, леди Иви! — чопорно отчитал меня он, трясясь от негодования. — Прошу немедленно…

— А я ей говорила! — добавила басовитым голосом Молли. — А ну — пшла отсюда!

Она потянулась, чтобы схватить меня за плечо — но я увернулась.

— Леди! — воскликнул Юджин и в мгновение ока оказался рядом.

Он загородил меня от Молли и, кажется, тихо рыкнул.

Ох, не стал бы обращаться прямо сейчас! Кажется, мне стоит провести с ним воспитательную беседу на тему “Пять причин, почему рычать на людей — нехорошо”. 

Впрочем, конкретно сейчас это сработало: Молли шарахнулась, закрыв ладонью рот и едва не выронив миску с тестом, которое остро пахло дрожжами. 

Обернувшись к доктору Дженкинсу, я успела заметить, как его недовольное лицо становится и вовсе каменным. 

— Прошу вас немедленно покинуть мой дом, леди. — Вряд ли слово “леди” можно было произнести с большей неприязнью. — Иначе я вынужден буду обратиться в полицию. Ноги таких, как вы, здесь больше не будет.

— Таких, как я?

— Вы ведь новая управляющая приютом? Будьте добры, очистите мой дом от своего присутствия. Даже стоять рядом с вами и такими, как вы, — оскорбление для джентльмена. 

Удержавшись от того, чтобы назвать его старым козлом даже про себя (упс, не удержалась, ну и ладно), я сжала зубы.

— Ребенок упал с высоты, — отчеканила я. — Возможно сломал себе что-то. Мне необходимо, чтобы его осмотрел врач. Помогать жителям города — ваша работа, или я ошибаюсь? Или выполнять свои обязанности тоже — оскорбление для джентльмена?

Доктор Дженкинс неприязненно ухмыльнулся, бросил взгляд мне за спину, на Юджина, а потом наклонился ближе и заговорил мне в ухо:

— Послушайте вы, дамочка. Не знаю, кто вы такая и откуда взялись, но я не собираюсь участвовать в ваших схемах — и я об этом я ясно и четко сказал вашей предшественнице. Она, как и вы, была весьма настойчива. Если вы продолжите упираться — то я попросту вызову полицию и расскажу им много интересного о том, что вы делаете. Хотите вы этого? Нет? Тогда убирайтесь.

Что? О чем он? На что он намекает? Какие схемы?

— Доктор Дженкинс, — выпрямившись, отчеканила я, — я понятия не имею, о чем вы договаривались или не договаривались с моей предшественницей. Меня зовут Иви Хант и со вчерашнего дня я — управляющая приютом. Одному из воспитанников нужна помощь, срочно. Я знаю, что прием у вас стоит тридцать медяков — сколько нужно заплатить, чтобы вы пришли к нам? 

— Батюшки… — прошептала Молли, стоящая за моей спиной.

Я так и не поняла, что здесь к чему, но времени разбираться не было. Дереку нужен врач.

И я обеспечу то, что врач его осмотрит. 

— Еще тридцати будет достаточно?

— Вы серьезно?

— Назовите цену! — сказала я, стараясь не терять терпение. — Мальчику больно, он упал с высоты — возможен перелом. Сама я опасаюсь его перемещать, чтобы не сделать хуже. Мне нужен врач. Шестидесяти медяков хватит для того, чтобы вы снизошли до нас?

Я не хотела говорить о том, что у меня есть золото и драгоценности: не стоит разом раскрывать все карты, мне нужно экономить.

Хотя время утекало, как песок сквозь пальцы, и на торг не оставалось времени. 

Доктор Дженкинс смотрел на меня как-то странно. Без прежней враждебности. 

— Вы собираетесь мне — платить? — неверяще переспросил он. — За лечение ребенка из приюта? 

А были сомнения? 

— Теперь, когда мы прояснили этот момент — вы не могли бы начать собираться? Боюсь, пока мы ведем здесь светскую беседу, Дереку больно. Возможно, у него сломана… рука. 

Не буду пока про крыло. А то вообще не уговорю доктора идти к нам: пошлет еще к местному аналогу ветеринара. Нет уж. Сначала Дерека должен осмотреть обычный доктор. Он — человек. Такой же, как все остальные. А уж если этот седой надменный козел окажется некомпетентным в лечении крыльев — будем думать, как быть.

За размышлениями я не заметила, что атмосфера холле добротного особняка доктора как будто изменилась. Доктор Дженкинс смотрел на меня… как-то странно.

Как будто впервые видел и как-то… уважительно?

Что я такого сказала?

Я снова что-то сделала не так?

— Мы не могли бы прояснить остальные вопросы на ходу? — поторопила я.

Глава 13

Затаив дыхание, я ждала ответа. Доктор со сложно произносимым именем Абсалон Дженкинс сверлил меня непередаваемым удивленным и презрительным взглядом одновременно. Примерно так можно смотреть на муху, которая залетела в дом и предложила такому важному человеку работу, еще и с оплатой. 

— Вы собираетесь мне заплатить? — переспросил он. — Шестьдесят медяков? Чтобы я пошел с вами в приют и осмотрел одного из ваших…