— Не совсем. Все началось с того, что на одной из дуэлей Блейк потерял сознание. Я тогда здорово перепугался: посчитал, что я виноват. Отнес его в лечебницу и немного порыдал над ним, пока тот был без сознания — вдруг прибил, короли разочаруются, меня посадят за решетку, да и мне больше не с кем будет спарринговаться. Это важно! У меня ведь впрямь ни одного достойного противника, кроме Блейка, никогда и не было. Короли не в счет — это же короли. Так что немного поплакал над своей грустной судьбой. Ну, ладно, не немного. Я залил его койку слезами. И даже когда Блейк очнулся, я продолжал рыдать. Думаю, только это заставило Блейка признаться в истинной причине обморока.

— Он был болен? Магический перегруз? Стрессовое состояние?

— Обычное недоедание. По малости и дурости лет я не понимал, что эту проблему надо было обсудить с кем-то из взрослых, что это очень странно, когда маленький ребенок падает в обморок от голода в процветающей стране. У нас были в классе и ученики обычных горожан: в школах не делают разницы в происхождении, образование должен получить каждый, кто хочет. Но даже они никогда не испытывали проблем с едой. И я решил, что буду героем и молодцом, если начну постоянно кормить его, — с горечью сказал Глен, прикрывая глаза. Наверное, чтобы скрыть ту бурю эмоций — негодование, ярость, злость на самого себя — что была в них.

Тем не менее, результат от такой кормежки был. Блейк и Глен, бывшие исключительно соперниками, разом превратились в хороших приятелей. Блейк от природы был молчаливым и достаточно нелюдимым, потому друзей не завел, а вот у Глена была чуть другая проблема: все в Далерии знали, что о нем заботятся короли, потому нередко пытались сблизиться по каким-то личным мотивам. Так Блейк и Глен стали друзьями. Но окончательно сблизила их совершенно другая история. В школе зачастую проводились экскурсии по землям Далерии. И в тот раз тоже наметилось путешествие недалеко от северной границы Далерии. Вот только на границе на учеников напали наемники.

— Возможно, это были даже не наемники, а солдаты, — продолжал рассказ Глен. — Сейчас уже многие детали стерлись из памяти. Но основное я помню. Нападение было целенаправленным — охотились на меня. Нас связали, посадили в какой-то сарай. Отчетливо помню, как пришел один из воинов вошел и спросил, кто из нас Глен Аскели. Сказал, что собирается оторвать ему руки и ноги, если он сейчас же не признается. Я тогда так испугался, что у меня язык отнялся от страха.

Кажется, я понимала, к чему ведет Глен. И знала, что сделал мой второй муж:

— И Блейк соврал, притворившись тобой?

— Верно. Нас всех отпустили, а его забрали с собой. Я встретился с королями, надеясь, что уговорю их помочь. Но помогать не пришлось. Представляешь, Блейк самостоятельно умудрился удрать из логова подготовленных воинов. Тогда-то короли и обратили на него внимание. Мы стали тренироваться во владении мечом вместе под их руководством, а потом ему дополнительно наняли учителей по тем предметам, по которым отставал. 

— Это я поняла. Но вы так и не рассказали, почему же Блейк упал в обморок от голода.

— Хех, я надеялся этот момент пропустить. Боюсь, дружище Блейк меня хорошенько поколотит за такие откровения. Но ладно. В общем, Блейк оказался не аристократом или сыном каких-нибудь порядочных горожан. Он путешествовал вместе с караваном, пока его не заметили аристократы, решившие усыновить. То есть, на бумагах они усыновили, но по факту купили, чтобы впоследствии перепродать как элитного воина на Восток. У Блейка действительно исключительные боевые способности. Я считался талантливым, но Блейк чистые гений, если говорить о сражении. Подозреваю, что сейчас он не проиграет даже королям, если будет действовать в полную силу. В любом случае, планы недородителей Блейка провалились.

— А разве это не слишком долго — тренировать ребенка такого возраста? Проще же найти взрослого и всему обучить, разве нет? — удивилась я. 

О работорговле я знала не слишком много, потому как сейчас во всем мире этот способ... заработка был больше исключением, чем правилом, да и то, во многих странах считался противозаконным.

— Нет. Правильно воспитанный элитный боец стоит огромных денег. Думаю, за деньги от продажи высококлассного бойца можно купить королевский дворец и еще останется. 

— Поняла. А как вы все же решились на то, чтобы быть в... союзе?

— В какой-то момент я понял, что убью любого из этих подхалимов, а найти более надежного и близкого друга, чем Блейк, у меня попросту не получится. Поэтому я буквально вынудил его дать согласие на то, что мы вместе будем искать нам жену. Я полностью был уверен, что это дело ляжет на мои плечи, но, как вы могли заметить, Блейк прекрасно справился самостоятельно. 

— Я не могу представить тройственный союз. Это так странно, почти безумно, — сказала я, наконец, решившись поделиться своими мыслями. — Я осознаю, что это всего лишь границы в моем сознании, но как это понять и принять — я не знаю.

— Тогда давайте поговорим, леди Марион. Я расскажу, что думаю, может, вам станут понятнее наши традиции. Леди Марион, что такое брак? — задал вопрос Глен.

— Это союз любящих друг друга людей. Мужчины и женщины, — тут же добавила я. 

— По сути, это союз двух людей, верно? Если есть союз двух людей, почему не может быть союза трех людей?