Сун Яньхуэй покачал головой: — Я никогда не видел его истинного лица. Это лишь предположение.

— Тёмная река, Тёмная река, — пробормотал Старейшина Меча, склонив голову. — Если это действительно Тёмная река, то всё становится на свои места.

Сун Яньхуэй, нахмурившись, вопросительно посмотрел на Старейшину Меча:

— Что вы имеете в виду, уважаемый Старейшина? Имеет ли Тёмная река какое-то отношение к нашему городу Ушуан? И как это связано с городом Уцзянь?

Старейшина Меча понял, что сказал слишком много, и покачал головой:

— Городскому лорду не стоит беспокоиться. Это всё дела минувших дней.

Однако Сун Яньхуэй уже начал улавливать связь между событиями. Много лет назад, когда город Ушуан переживал свой расцвет, многие мастера таинственным образом исчезли. В то же время город Уцзянь был разрушен за одну ночь. Эти события не могли быть простым стечением обстоятельств.

Поскольку город Ушуан тщательно контролировал распространение информации, события, произошедшие в мире Цзяньху, не были связаны между собой. Однако, став городским лордом и получив доступ к секретным документам, Сун Яньхуэй обнаружил, что все эти события произошли в один и тот же день.

Наблюдая за реакцией Старейшины Меча, Сун Яньхуэй сделал вывод, что город Ушуан вступил в союз с Тёмной рекой и ценой больших потерь уничтожил город Уцзянь. Он глубоко вздохнул и спросил:

— Старейшина Меча, ты знаешь, почему престиж нашего города Ушуан так сильно упал по сравнению с его былой славой?

Лицо Старейшины Мечей изменилось:

— Зачем городскому лорду говорить такие вещи?

Не обращая внимания на его слова, Сун Яньхуэй продолжил: — Потому что с точки зрения достоинства наш город Ушуан больше не заслуживает называться «Несравненным».

Под городскими воротами Су Мую применил построение Восемнадцати Мечей, мгновенно поймав Лю Юньци в ловушку.

Лю Юньци больше не мог сохранять свой привычный облик прославленного мастера. После нескольких обменных ударов на его теле появилось несколько кровавых порезов. Его лицо резко изменилось: — Это построение Восемнадцати Мечей! Построение Восемнадцати мечей Тёмной реки!”

— Действительно, лучшая в мире техника убийства, — холодно произнёс Су Мую.

— Ты не Чжо Юань, не сын Чжо Юлуо — ты из Тёмной реки! — Лю Юньци пришёл в ярость: — Кто послал тебя сюда?

— Тебе никогда не приходило в голову, что сын Чжо Юлуо тоже может стать частью Тёмной реки? — спросил Су Мую, продолжая атаку.

Лю Юньци, отражая приближающийся клинок, изменился в лице: - Тот ребёнок, который сбежал тогда, был спасён Тёмной рекой. Патриарх, чего он хочет?

Су Мую ответил: - Вы сражаетесь ради выгоды, поэтому выгода может предать вас. У вас есть только меч, а не Дао. Поэтому вы не сможете одержать победу, а в случае поражения у вас ничего не останется.

У Шуан, стоявший на городской стене, сильно вспотел, обеими руками крепко сжимая футляр с мечом: - Мастер, я едва могу с ним справиться!

— Похоже, что футляр с мечом признал в убийце своего истинного хозяина? — с удивлением воскликнул Старейшина Мечей.

— Это невозможно. Футляр с мечом Ушуан примет только одного мастера. Пока Ушуан жив, он не откроется никому другому, — покачал головой Сун Яньхуэй, пристально глядя на футляр с мечом. — Если бы ты был постарше, с этим противником действительно стоило бы сразиться.

Ушуан вытер пот со лба:

— Учитель, что же нам делать?

— Не беспокойся, всё разрешится само собой, — Сун Яньхуэй взъерошил волосы Ушуану. — Когда ты повзрослеешь, ты сможешь найти достойных противников, подобных этому.

— Бывший городской лорд вот-вот потерпит поражение, — тихо произнёс Старейшина Меча.

Сун Яньхуэй вздохнул:

— Ему было суждено проиграть. Это поражение произошло всего пятнадцать лет назад. Если бы он проиграл тогда, возможно, была бы надежда на восстановление. Но сегодняшнее поражение — это окончательное поражение.

— Разве ты не намеревался одолеть меня, прибегнув к искусству меча? К чему же теперь прибегать к технике убийства? — с нескрываемой насмешкой в голосе вопросил Лю Юньци, стремясь задеть своего оппонента.

Су Мую ответил с холодной улыбкой:

— Когда я пытался применить искусство меча против тебя, ты вынудил меня обратиться к технике убийства. Теперь же, когда я использую эту технику, ты требуешь, чтобы я вернулся к искусству меча. С каких это пор ты возомнил себя вправе диктовать мне условия?

Лю Юньци, пытаясь вовлечь Су Мую в беседу, краем глаза следил за тайными построениями Восемнадцати мечей:

— Твой отец был искусным мастером меча. Он, несомненно, был бы крайне разочарован, узнай он, что ты используешь столь прямолинейные методы убийства.