— Со временем, — сказал Кейн. — Его можно восстановить со временем. Нам нужно будет переселить по крайней мере треть населения Фейри сюда, в Эвенделл. Сейчас ресурсы расходуются слишком быстро.

— А как же порталы? — попробовала спросить Мари со стола. — Если мы убьем Лазаря, можно ли будет попасть в царство через порталы?

— Портал — это магия, — взвесила Бриар. — Они не привязаны к тому свету, что создал пролив.

Я встретилась с фиолетовыми глазами Бриар.

— Это же хорошо, да?

— Но осталось очень мало ведьм, способных открывать порталы между королевствами. Даже мне это дается с трудом. Иногда на это способен целый ковен, если он невероятно силен. Я знаю лишь один

Ковен Антле. Семья Валери.

Октавия. И Бриар.

Бриар могла это сделать.

— Нам нужно открыть его сегодня же ночью. Начать выводить людей, — сказала я ей и Кейну.

Но Бриар покачала головой.

— Люди Лазаря немедленно набросятся на нас. Они следят за самыми населенными городами. Если мы попытаемся вывести оттуда людей…

— Война начнется до того, как мы будем готовы, — сказал Кейн.

— Так что же нам делать? — наконец спросил Гриффин, его взгляд был непоколебимо устремлен на друга. Его короля.

— Мы не можем победить, просто убив его, — сумел выговорить Кейн. — Теперь мы должны победить на своих условиях.

Когда никто из нас — Райдер, Мари, даже Даган — не сказал ни слова, подавленные мрачной реальностью, разворачивающейся перед нами, Кейн продолжил.

— Мы разбиваем его армию. Побеждаем Янтарное и Гранатовое тоже. Забираем его жизнь, не теряя нашей боевой силы и наших ведьм. Затем мы освобождаем невинных жителей Люмеры, объединимся с Хартом и начинаем новую эру здесь, в Эвенделле: Фейри и смертные, живущие как один народ. Мы будем сражаться так, словно от этого зависят жизни во всех мирах, потому что так оно и есть. — Озаренный трепещущим светом канделябра и приглушенным светом витражных ламп, Кейн расправил свои широкие плечи и покачал головой.

— Мы не можем больше идти на эту войну с этим… связывающим страхом. Мы должны сражаться за что-то. — Взгляд Кейна встретился с моим, и мое сердце приоткрылось чуть-чуть. — Мы будем сражаться, вооруженные надеждой. Надеждой на нечто лучшее, чем просто его смерть. И когда эта надежда будет казаться недостижимой… — Кейн окинул взглядом тихую, тускло освещенную трапезную. Все лица, ловящие каждое его слово. Легкая улыбка Бриар. Морщинки у глаз Дагана, юные глаза Ли. Вся прожитые годы и опыт, утраты и страх, радости и любовь, что мы делили сообща. — Мы будем опорой друг для друга.

— Слишком долго я думал, что в этой холодности и есть настоящая сила. Но каждый из вас… вы показали мне, что значит сражаться не только ради мести. Что никто не может победить в одиночку. Вот почему Лазарь не одержит верх. — Кейн снова посмотрел на меня. — И почему мы должны победить.

Глава 35

Глава 35

АРВЕН

Вода плеснула через край ванны, когда я откинулась на грудь Кейна. Я потянулась за полотенцем, чтобы вытереть мыльную лужу на каменном полу, но Кейн оттянул меня назад.

— Оставь, — мягко приказал он, притягивая меня к себе, пока новая вода выплескивалась, а пар клубился в нашей ванной комнате. Мы синхронно вздохнули, когда моя спина прижалась к его мускулистому торсу, а его мощные бедра расступились, заключая меня в объятия.

— А ведь ужин был таким прекрасным, — тихо сказала я.

Кейн промычал в знак согласия, лениво перебирая пальцами мои мокрые волосы. Вода была чуть горячее, чем нужно, и каждая мышца моего тела расслаблялась в ее щедрых объятиях.

Две толстые восковые свечи озаряли нашу ванну приглушенным фиолетовым светом, мерцавшим от влажности в воздухе. Эти блики отражались в бурлящей, мыльной воде на темных стенах. Запах лавандового и жасминового мыла наполнял мои ноздри. Лунный свет просачивался сквозь закрытое окно, приглушенный снегопадом, и отбрасывал серебристые полосы на длинные ноги Кейна.

— Прости, — сказал он спустя долгое время, его широкая ладонь все так же мягко скользила по моим волосам и вискам. Я не заметила, что закрыла глаза.

— За что? — пробормотала я.

— За все. За то, что у нас так мало времени, чтобы побыть вместе. И так мало радостных моментов. Даже один раз не смогли поужинать без происшествий.

У меня сжалось горло, и я крепче зажмурилась.

— Давай почувствуем радость прямо сейчас.

Кейн снова промычал.

В этот миг мы были вместе. Не в радости, признаться, но нас связывало некое примирившееся умиротворение. Голая, честная близость.

Мы должны были ценить эти моменты, пока их не вырвали из наших рук. Как сказал Кейн — любовь, которую мы все разделяли, делала нас сильными. Мы не могли позволить таким моментам проходить мимо, когда их оставалось так мало. Я протянула руку сквозь воду, отыскала ладонь Кейна, сплела с нею свои пальцы и прижала к своей груди.