Сердце предательски застучало снова, и я поймала себя на этом. Почему я должна испытывать жалость к этому человеку? Даже если он больше мальчик, чем мужчина, на самом деле.

Я твердила себе, что мое сердце сжимает сама суть этой истории, а не страдания Вина. Кейн предупреждал меня, что подавляющее большинство Царства Фейри живет в трущобах, не сравнимой ни с чем из моего детства. Аббингтон — это всего лишь сельскохозяйственные угодья и горстка домиков. По крупицам я поняла: за стенами сияющего Соляриса царила такая нищета, что и представить страшно.

Много лет назад люди Лазаря собирали как монеты, так и лайт со всех крупных городов, пока от них не остались лишь остатки былой славы — обычные трущобы, — а затем использовали их для дальнейшего укрепления собственной столицы короля от всех тех, кто стремился заполучить то, что он украл. Убежище, ресурсы, безопасность. Но также и очарование, удобства, излишества… Он построил еще один ряд стен вокруг берегов Люмеры, запретив любому смертному или Фейри в стране бежать в Эвенделл. Канал — единственный путь между мирами, если вам не посчастливилось познакомиться с могущественной ведьмой, способной перенести вас отсюда, — охранялся днем и ночью. Кейн как-то мимоходом обмолвился, что Лазарь планирует полностью закрыть это место.

— Выходит, ты ненавидишь Лазаря не меньше, чем мы все, — попыталась я.

Взгляд Вина стал острым.

— Он мой король.

Я невинно поиграла с торчащей ниткой на пододеяльнике.

— Одно другому не мешает.

— Король Лазарь предоставил мне возможность, которая выпадает раз в жизни, несмотря на мою травму. Возможность перевезти мою семью в безопасный Солярис. Тот, кто долго служит в его гвардии, может рассчитывать, что король примет его родных ко двору. Вот что значит быть великодушным правителем.

— Мне трудно поверить, что Лазарь нанял тебя, несмотря на твою проблему, из бескорыстных побуждений.

— Не закатывай глаза, пташка, — пророкотал у меня в сознании голос Кейна. Меня буквально пронзила дрожь. Похоже, я и вправду схожу с ума.

Вин поджал губы.

— Я искусный боец. Мне пришлось им стать, чтобы выжить за стенами. В детстве… — Его карие глаза обратились к колену. — Я заслужил свое место в его гвардии.

— Мэддокс тоже надеется купить своей семье безопасный проход в Солярис?

— Мэддокс? — Вин усмехнулся. — Мэддокс вырос здесь, и к тому же у знати. В свой первый день в полку он был в золоченом уборе Соляриса. Он скоро будет командовать всем отрядом.

Я посмотрела в высокое окно. С головокружительной высоты башни было мало что видно. Вся промышленность и производство Соляриса загромождали городской пейзаж густыми серыми облаками, которые напомнили мне комки пыли, что находишь в верхних шкафах и старых ящиках. Неприятное напоминание о всей той грязи, о которой ты никогда не знала, что она витает в твоем доме.

Раздался стук в дверь, и Вин поднял свою больную ногу с пуфика и прихрамывая пошел открывать. Стук не пугал меня. Стучали только слуги. Стражи были не настолько вежливы.

Вин вернулся через несколько мгновений с чашкой и свежим чайником и, поставив их на блестящий лакированный шкаф, налил мне чашку и, прихрамывая, вернулся ко мне. Я потягивала ароматный ройбуш11 с лакрицей в тишине, позволяя ему успокоить мои огрубевшие голосовые связки. Все эти беззвучные крики……Когда я выпила айвори12, маленькие чайные листочки превратились в расплывчатое изображение на поверхности жидкости. Я подумала, что это похоже на ягненка.

— Почему она так меня ненавидит? — Вин нахмурился на меня, а я закатила глаза. — Не могу представить, что бы то ни было, что вендетта13 Октавии против меня — это какой-то придворный секрет. Это из-за моей связи с Кейном? Все в Солярисе знают его как великого предателя, верно?

Мягкие кудри Вина колыхнулись от его вздоха.

— Большинство из них вообще забыли о восстании. Лазарь позаботился об этом. — Он поправил ногу, явно раздумывая, о чем еще рассказать.

Я затаила дыхание.

— Октавия, как и покойная жена Лазаря, больше ведьма, чем Фейри, но в ней течет кровь и тех, и других. Я думаю… — Глаза Вина встретились с моими, и он поморщился. — Я думаю, она жаждала роли, для которой тебя готовят.

Тот чай поднялся, как кислота, у меня в желудке.

— Она хотела быть королевой?

Вин лишь кивнул.

— Но она не может родить ему чистокровных наследников.

Я было хотела спросить, с чего это Октавия вообще решила, что может править рядом с Лазарем, но в моей голове родился новый вопрос.

— Почему Лазарь еще не пришел за мной?

Я была здесь месяцы и не видела Короля Фейри с моего первого дня в Люмере. С тех пор как меня пронзили высоко над Островом Хемлок, похитили и я очнулась, прикованной к той роскошной, удушающей кровати.

Вин вздохнул.

— Это твой последний вопрос?

— Если я скажу да, ты ответишь на него правдиво?

Он, казалось, обдумывал мой вопрос, прежде чем сказать:

— Ты не можешь зачать без своего лайта.