Наверное, здесь раньше была сестринская. Или что-то вроде этого. Есть стол, парочка стульев. В углу – трехногое кресло. Возле дальней стены – две кровати, сейчас застеленные покрывалами. Около двери еще один стол, пустой стеллаж и умывальник.

- Вода есть? Руки мыть, пить можно?

- Можно, - кивает Сэм. – Глянь, тут даже чай можно пить. Есть чайник, чашки и нагревательный артефакт.

Скептически рассматриваю черный кусок не понятно чего.

- А как им пользоваться? – спрашиваю.

- Боги анатомии, Мари, ты из какого захолустья вылезла? – уж слишком фамильярно фыркает Сэм. – Кидаешь артефакт в чайник и при соприкосновении с водой, тот начинает нагреваться. Когда вода закипит, ложкой или чем-то еще вытащи артефакт и положи просушиться. Мокрым его не используй. Следи, чтобы успевал просохнуть.

- Хорошо, - отвечаю.

Высаживаю на пол Мурку, которая уже начинает возиться и норовить вылезти из своей норки.

- А вот с котом могут быть проблемы. Если кто увидит…

- Это кошка, - отвечаю. – И никто не увидит.

- Ну смотри сама, не в твоих интересах создавать себе проблемы на ровном месте.

- Вот именно. И сделай одолжение, не напоминай мне об этом по сто раз. Я и сама все прекрасно понимаю.

- Ой, можно подумать, - кривится Сэм. – Ладно, если ты уже осмотрелась, держи ключи и пошли. Нам пора обход делать, а тебе – осмотреть фронт работ. Тебе и повезло, и не очень. Трое санитаров, которые сегодня уволились, были из моей смены. Получается, ты сегодня и, возможно, ближайшие дежурства будешь работать одна на все отделение. Конечно, я помогу, чем смогу. Но все-таки больше учись рассчитывать только на себя. Меня могут вызвать на операцию, к тяжелому больному и… вообще, лекарю не по чину возиться с санитаркой. Подобные неуставные отношения…

- Я все поняла, не надо так тщательно разжевывать. Пойдем?

Сэм бросает на меня удивленный взгляд, а когда мы выходим из крыла, и я закрываю решетчатую дверь, говорит:

- Странная ты, Мари. Смотришь на тебя – ну чисто воробышек. Серые перышки, тоненькие лапки. А как клювик откроешь – выясняется, что у тебя нормальный такой набор клыков, несвойственный птицам.

- Ну так, может, я и не птица.

И, проигнорировав вытаращенные глаза Сэма, первой захожу в палату.

Глава 4-2

Сразу же со входа в нос бьет запах спирта. Морщусь. Зато молодой врач заходит и даже бровью не ведет. Не ощущает? Или делает вид?

В палате лежат четверо не первой свежести мужиков. Судя по загрубевшим лицам и рукам с траурной каемочкой на ногтях – простые работяги. Трое, вроде ничего, соображают. Четвертый же вообще, едва шевелится, не в силах сосредоточить мутный взгляд на чем-то одном, бегающий зрачками с меня на Сэма и обратно.

- Ох ты, никак нам сегодня сильно повезло! Девчонка пришла. Да еще хорошенькая какая, - лыбится один из рабочих, демонстрируя неполный набор зубов.

- Я вам не девчонка, - сразу пресекаю неуважительное отношение к себе. – Меня зовут месита Фаро.

- Ты смотри… ме-си-та, - по слогам произносит мужик. – А на вид не из благородных, обычная девица.

- Вы тоже на вид не принц на белом коне, - фыркаю в ответ.

Соседи по палате принимаются ржать.

- Это точно, месита. На принца он не похож, ага.

- Даже на коня не похож. На осла больше, - изгаляется второй пациент.

- Ладно, повеселились и будет, - прерывает неуемное веселье Сэм, до этого упорно молчавший. – Как самочувствие? Жалобы есть?

- Есть. Почему у вас бутылочки для спирта такие маленькие и всего… это… одна на палату? – выдает тот, который самый угашенный, едва ворочая языком. – И еще и… это… неполная! Ик!

- Ну раз жалоб нет, тогда спокойной ночи, - прощается Сэм, и мы выходим из палаты.

Перед входом в следующую доктор останавливается и тихо, почти на ухо, говорит:

- В этой палате у нас лежит тот, с внутренним кровотечением. Посмотри, все ли у него в порядке после операции. Может, что-то упустили.

Я молча киваю, и мы заходим. Тут всего три пациента, и все после оперативного вмешательства. Двое с ожогами, одни с кровотечением. В палате стоит тяжелый запах лекарств и пота.

- В обморок падать не собираешься? – интересуется Сэм.

- А ты? – спрашиваю в ответ и подхожу к первой кровати, на которой лежит рабочий с обширными ожогами.

- Не туда, вот этого смотри, - пытается меня направлять молодой врач.

- Я всех осмотрю. Не мешай.

Приподнимаю одеяло, осматриваю повязки. Они пропитаны какой-то мазью, судя по запаху ментола, с охлаждающим и обезболивающим эффектом. Выглядит неплохо. Касаюсь лба пациента. Температуры нет. Отлично. Проделываю те же манипуляции со вторым мужчиной и только потом перехожу к тому, что с внутренним кровотечением.