Мне было проще всех – на меня упала балка, когда я пыталась утихомирить шторм, потом я была без сознания. И, если вопрос мне не понравится, я всегда могла сослаться на незнание языка или расплакаться, вспомнив мужа. Да и кто будет лезть ко мне с расспросами, я ведь пассажирка. А вот парням придется общаться с такими же матросами, как и они сами, и важно, чтобы все прошло без сучка и задоринки: кто где был, кто что делал, кто был на первой шлюпке, кто во второй, кто падал за борт и выплыл и так далее. Марус уж очень хотел быть героически выплывшим во время шторма, но его усадили в первую шлюпку.

В конце концов, не выдержав ожидания, к нам вылез и Кракен – опять уменьшенный и в водном пузыре. Прижиматься к своему платью я ему не разрешила, но посторонилась, чтобы он свернулся рядом со мной на скамейке, и принялась наглаживать его круглую пупырчатую голову через воду.

Наконец, когда мы определились со своими версиями, и все возражения мужчин были сняты, а логические несостыковки разрешены, я попросила капитана Гарта развязать мне платье и отправила всех спать. Когда мужчины скрылись в своем шалаше, разделась и тоже поплыла устраиваться на ночь. Рубашку, в которой перед клятвой нырнула в воду и оставила придавленной камнями на дне, правда, сперва пришлось простирнуть в пресной воде и повесить на камнях у берега в стороне от мест, где в основном бывают мужчины.

«Ты все-таки собираешься уйти на берег», – с укором заметил Кракен, когда мы плыли к Храму.

«Да», – не стала я с ним спорить.

«Зачем?» – в его мыслях слышалось недоумение.

«Мне нужны люди, они похожи на меня. Здесь, под водой, других русалок нет. Люди похожи на меня лишь наполовину, но все же это лучше, чем ничего», – постаралась я пояснить.

«Ты ищешь партнера для размножения?» – его вопрос заставил меня приостановиться и покраснеть.

«Нет», – я не стала объяснять, что в этом теле не нашла у себя органов для размножения. Не знаю, как это делали прежние русалки, может, икру откладывали или беременели в человеческой форме, но и не важно. Я собиралась сперва стать человеком, а потом уже думать. Да и что загадывать, я ведь еще ни в кого не влюблена… при этой мысли в голове почему-то пронесся образ капитана Гарта, но я его отогнала. Капитан человек со всех сторон положительный, но он скорее партнер, чем любовный интерес. Хотя в его взглядах мне иногда и мнилось что-то большее… но какая разница! Не время сейчас об этом.

«Тогда зачем?» – еще больше удивился Кракен.

«Хм… не знаю, как это было когда-то у русалок, но у людей… и у меня сейчас тоже… с размножением все очень сложно», – попыталась пояснить я.

«Сложный ритуал ухаживания, хозяева мне рассказывали», – Кракен как будто покивал мне мысленно.

«А ты сам не хотел бы найти пару?» – попыталась я сменить тему, уже укладываясь на песок в храме.

«Они все глупые», – Кракен мысленно поморщился.

«Если дать одной из осьминожек такой же камень, как у тебя, то она тоже поумнеет,» – предположила я. Ага, и станет одержимым животным… хотя Кракену ведь это совсем не вредит.

«Может быть, – кажется, он задумался, – но не сейчас. Ты – моя хозяйка, ты идешь туда, где опасно, люди опасны. Поэтому я пойду с тобой».

«Ты же морское существо, тебе нельзя без моря», – возмутилась я.

«Я могу делать сферу воды, я научился. Это не так уж сложно, почти как становиться большим».

«Но как же ты смоешь мне помочь… – растерялась я, – ты же маленький, и воды может вокруг не быть…»

«Но ты же справишься без воды. И я справлюсь. И увеличусь, если надо будет. Буду тебя охранять».

«Но я-то русалка, почти человек, а ты осьминог…»

К сожалению, ни один из моих аргументов не показался Кракену весомым, он просто уперся и только и повторял, что останется с хозяйкой, куда бы она ни пошла. Да и аргументы-то мои были не слишком разнообразны, у меня просто в голове не укладывалось, что можно вот так просто морскому существу вылезти на берег и там вместе со мной путешествовать. А чем его кормить? А с другой стороны ведь между нами нет никакой разницы… ладно, быть может, когда он удостоверится в том, что мне ничего не угрожает, то сам решит уплыть…