— Повторяю, канцлер просто расстроился. Он каждые пять минут спрашивает, как вы себя чувствуете.

 Чувствовала я себя странно. С одной стороны, вроде сделала все правильно. Парни бы от меня не отстали, их остановила бы только грубая сила. Однако с учетом вмешательства Торстона ее вдруг оказалось чересчур много. Школа на сегодня закрыта.

Я несколько раз порывалась пойти к ларгу. Но Айвар и Ниса укладывали обратно. Причем секретарь намекал, что мой работодатель еще не вернул себе человеческий вид и по-прежнему рвал и метал. Беседа обещала быть сложной.

Но я давно к ней готовилась. Я столько всего имела ему сказать. И про его безумное поведение и, главное, про перемены, которые он обязан разрешить в заведении… И тут такое, эвакуация школы. 

Пережив нашу встречу, которая произошла полгода назад — спустя пятнадцать лет после короткого романа, — я думала, что более фееричного провала со мной уже не могло случиться. Мы схлестнулись с ним на конференции по бытовой магии. Канцлер заявился туда как ни в чем не бывало. 

Хмурый, весь в черном, уселся в президиуме. На меня не глядел — будто я пустое место. И хоть бы капельку постарел за это время, как все нормальные люди… Когда наступила моя очередь читать доклад, то меня сразу понесло не туда. 

Я была не в духе из-за разрыва с женихом, и тут Торстонсон, который ковырялся в своих бумагах и даже не делал вид, что слушает… Меня сразу понесло не туда. Я бросилась обличать мужской шовинизм, а потом подняла всех уважаемых коллег с их кресел и… Лучше не вспоминать. В меня будто вселилась богиня, проснувшаяся не с той ноги. А ларг тогда отправился купаться в фонтане.

Потом он долго носил меня на руках, закрыв рот заклинанием. От кого-то отбивался, кому-то угрожал. Я вообще первый раз слышала, как он смеялся. И еще маг перестал корчить из себя ржавую металлическую статую.  

Однако то выступление имело грандиозные последствия. Меня вынудили покинуть Лондиниум. Для моей же пользы, разумеется. Фактически отправили в ссылку. Хотя Оливия всячески успокаивала, мол, — какой грандиозный опыт, невероятные карьерные перспективы… И кому я всем этим обязана? Профессору, крак его, Торстонсону, который снова перевернул мою жизнь, помахав перед носом не по-мужски пушистыми ресницами. 

Теперь я из принципа должна навести здесь порядок всего за один год. Сделать из Тайлерина заведение, которое нестыдно будет передать другому директору. Не школу для мальчиков и не школу для девочек — а место, где и те, и те будут в одинаково комфортных условиях получать знания. Тайлерин даст ученицам возможность сделать карьеру. Ведь мир не ограничивался женской половиной дома; он огромен и полон перспектив… 

Айвар сновал туда-сюда, бросая на меня озабоченные взгляды. Ниса с Элежбертой ушли обедать. 

— Ну что там канцлер? Мне нужно к нему. Я все объясню.

— Он сейчас занят, — замялся Силкх. — Эти мальчики принадлежали к самой верхушке. Трое из них являлись единственными наследниками чрезвычайно знатных родов. Их родители и представители кланов отчаянно умоляют верховного господина…

— Как это понимать, «являлись»? Червяк отвратителен, сама терпеть его не могу. Но в этом измерении он не способен кого-то сожрать по-настоящему, только обслюнявить.

Айвар захлопал глазами. Он опять искал правильные слова.

— Все десять магов сейчас дышат при помощи аппарата. Это еще не означает наступление смерти. Возможно, господин и вернет их к жизни. Он умеет быть милостивым.

— Десять?! Он положил всех, кто был во дворе. Айвар, я тоже иду туда. Отчаянно умолять вашего верховного… Это мои ученики, пусть я их и не учила. Но школа-то точно моя.

Задержалась у зеркала. Благодаря секретарю никаких следов утреннего происшествия. Даже волосы уложены правильно. 

— Не слишком светлый костюм? Надеть что-то более строгое, как думаешь?

— Нннне надо. Господин еще не до конца человек. Чем нежнее, тем лучше, госпожа Летиция. 

Он повел меня коридорами и коридорами. Просто так сигануть в кабинет к канцлеру не имела права даже я. Перед той самой дверью, что я вчера пыталась разнести, мы замерли оба. Однако она тут же распахнулась.

В приемной толпились какие-то люди. Пахло страхом. Такой спертый запах с примесью плесени возникает, если одновременно в твоем присутствии боятся сразу несколько магов. 

Я растолкала их всех, пользуясь локтями и немного посвистывая. Толкнула еще одну дверь… Здесь вообще отсутствовали запахи. Несколько женщин и мужчин стояли или сидели, боясь пошевелиться. 

Фигура у окна заполняла собой все. Поглощала слова, всхлипы и даже сам воздух. Ларг смотрел в окно, развернувшись к нам спиной. Назвать его Торстонсоном язык сейчас бы не повернулся.

— Летиция, дорогая, усаживайся в мое кресло. Теперь все представители школы в сборе. Давайте начинать.

Я без разговоров залезла на высокое сидение. Чуть опустила его под свой рост. Протест, с которым я явилась, потерялся где-то в горле. Ущипнуть себя что ли.